Летучий самозванец

Шумаков сдвинул брови в одну линию:

— Откуда ты его имя знаешь?

Я растерялась, но тут мне на помощь пришел Василий Олегович, громогласно возвестивший:

— Куда? — поинтересовался Никита Редька.

— В Козловск! — потер руки Самойлов.

— Никогда не понимала любви к развалинам, — презрительно наморщила нос Алина. — Какой смысл любоваться на то, что рассыпалось за тысячу лет до твоего рождения?

— Козловск опустел в девяностых, — напомнил Юра, на мое счастье забывший об Антоне.

— Тем более, — фыркнула Алина.

Василий Олегович постучал по чашке ножом.

— Слушайте сюда. Я всегда повторяю: любая неприятность случается нам во благо. Приведу пример. Катюша в последнем классе школы сломала ногу, попала в больницу, лежала в коридоре. Правда, плохо? Но в один день туда пришел я навещать приятеля, которому тоже не хватило койки в палате, увидел Катю, влюбился в нее, в итоге мы сыграли свадьбу. А не получи она тогда травму? Неприятность подарила ей мужа.

— Разбушевавшийся оптимизм ведет к идиотизму.

 — Алина выступила в своей манере.

— Погоди, — остановил ее Самойлов, — дай до конца сказать.

— Разве тебя перебьешь? — вздохнула Бортникова. — До сих пор это никому не удалось.

Василий Олегович не обиделся, а продолжил свою речь:

— Когда я готовил эту поездку, то поставил перед организаторами отдыха задачу: обеспечьте моим друзьям, которые впервые решились на совместный семейный отдых, самую крутую программу, путешествие, которое запомнится на всю жизнь. И тут… — Самойлов сделал эффектную паузу: — Тут…

— Да говори уже, — вновь вмешалась диетолог.

— Я узнал потрясающую вещь! В Козловске существовала лаборатория, которая занималась созданием лекарства от старости, — объявил Василий Олегович. — Город трудился на оборону, посторонних туда не пускали. Но, кроме военных цехов, была еще и маленькая структура совсем другой направленности, она и работала над созданием эликсира молодости.

— Глупости, — вздохнула Бортникова.

— Не скажи, — возразил ей Зарецкий.

 — Руководителями нашего государства всегда были люди в возрасте. Достигнув пика карьеры, они хотели подольше пожить на этом свете, поэтому охотно поддерживали геронтологов. Во времена Николая Второго особым расположением царя пользовался один медик, забыл его фамилию. Врач производил какието вытяжки из органов обезьян и уверял, что его инъекции сделают человека бессмертным. И ему верили! В советское время тоже пытались решить проблему продления жизни.