– Ты талант. Не вини себя за то, что напоролась на подлого гада.
Пожимает подрагивающими плечами, трясется как в лихорадке, стучит зубами. Скидываю с нее промокшее пальто, и оно тяжело падает к нашим ногам.
– Можно я переночую у тебя? – тихонько, неуверенно шепчет принцесса. – Рано утром такси возьму и сразу уеду.
Я же могу думать лишь о том, что она вся продрогла. И может заболеть.
Убийство Валевского немного откладывается. Первым делом надо позаботиться об Алене.
– Нет, – чеканю недовольно, а сам поднимаю ее на руки.
Рапунцель удивлена и растеряна. Не понимает, что я делаю и куда ее несу. Однако не боится и не сопротивляется.
– Общага в такое время закрыта. Я хотела поехать домой, но… – бубнит, уткнувшись носом мне в шею. – Как представила лицо Алика, его строгий тон и как он скажет: «Я же говорил». И передумала. Собиралась даже отправиться в клуб, напиться и забыться, – нервно хихикает. – А потом вспомнила, что не пью. И вот я тут, – смущенно умолкает.
Кажется, немного привирает.
Но сегодня ей можно все. Впрочем, как и всегда.
– А я последний вариант, значит? – отвлекаю ее пустой болтовней, а сам окидываю взглядом первый этаж. На втором нельзя шуметь, а я готовлюсь к долгому разговору с Рапунцель. Пусть выплеснет все эмоции.
– Прогонишь? – сводит брови, которые и так превратились в одну сплошную из-за испорченного грима.
Смешная, ненормальная и такая глупая. Как я могу ее прогнать? Ухмыльнувшись, толкаю дверь в ванную. Там ставлю шокированную Алену на ноги, включаю горячую воду.
– Ты не можешь остаться у меня до утра, – объясняю с легкой улыбкой. – Ты должна остаться на всю жизнь.
Пока говорю, стаскиваю с нее безразмерный свитер, не встретив ни капли сопротивления. Такое безоговорочное доверие стреляет в мозг. Опьяняет. Но я не собираюсь им пользоваться. У меня сейчас другая цель. Правда, Аленка не умеет читать мысли. И чуть напрягается, когда я касаюсь ее блузки и начинаю по одной расстегивать пуговицы. Такие крохотные.
То и дело выскальзывают из моих пальцев.
– Что ты делаешь? – покосившись на мои руки, шумно выдыхает. Через ее плечо посматриваю на уровень воды в ванной, а сам продолжаю бороться с одеждой.
– Я же обещал, что лично тебя переодену, – хмыкнув, избавляю ее от мокрой тряпки, что с характерным шлепком встречается с плиткой. Там ей и место.
Я до последнего пытаюсь держать маску джентльмена, хотя она то и дело трескается, осыпаясь по крупицам.
