Личное дело женщины-кошки

– Когда я к нему подошла, он уже умер! Честное слово, поверьте, – заплакала Елена Сергеевна, – это случайность! Она там лежала! Руки в крови, рядом палка, железная! А он уже умер! Это не я! Не я! Ей-богу!

– Неправда!

– Послушайте, – зашептала старуха, – будьте милосердны и скажите, наконец, чего вы хотите? Звоните каждый день, пугаете, я на грани самоубийства, больше так не могу, я сейчас выпрыгну из окна! Вы превратили мою жизнь в ад! В ад! В ад!!!

– Давайте встретимся, – предложила я.

– Возьмете деньги и отстанете от меня? Говорите, сколько! – обрадовалась Елена Сергеевна.

– В восемь вечера, – ответила я, – в кафе в магазине ЦУМ. Надеюсь, знаете, где расположен торговый центр?

– Конечно, конечно, я не опоздаю!

– Приходите одна.

– Непременно. Сколько?

– Деньги не берите.

– Вы не хотите получить плату за молчание? – опять впала в истерику Елена Сергеевна.

– Поговорим и обсудим ситуацию, – обтекаемо сказала я и отсоединилась.

Михаила мне сломать не удастся, он опытный человек, ни за что не расколется, с какой стороны к нему ни подходи.

А Елена Сергеевна напугана, похоже, до последней стадии. Представляю, как она обомлеет, увидев в кафе меня. Пусть помучается до вечера, легче сдастся.

Теперь на очереди был номер Богдана Ломейко. Мало надежды на то, что Елизавета Андреевна, мать погибшего шофера и сестра Зои Андреевны Килькиной, возьмет трубку. Ее квартира, несмотря на присутствие мебели, выглядела нежилой, но ведь кто-то оплачивает услуги телефонной станции! Кстати, я поняла, почему номер до сих пор числится за погибшим Богданом.

Когда умирает хозяин жилплощади, то наследник, и в данном случае мать, переоформляет документы на себя. Дело это муторное, приходится часами сидеть в очередях, пытаясь добиться от сотрудников ЖЭКа всяких бумажек. Тот, кто хоть один раз проходил эту процедуру, сейчас понимающе вздохнет. А ведь, кроме самой квартиры, есть еще электричество и телефон. Вот про них люди частенько забывают, платят исправно по квитанциям, не задумываясь о том, на чье имя зарегистрирован аппарат. Елизавета Андреевна небось после смерти сына забыла пройти формальности, а телефонистам без разницы, кто владелец телефона, лишь бы плата регулярно капала.

– Алло, – вдруг сказал тихий голос.

От неожиданности я растерялась.

– Здравствуйте. Можно Елизавету Андреевну Ломейко?

– Кто ее спрашивает?

– Из собеса.

– Откуда? – не поняла собеседница.

– Скоро Новый год, – начала я вдохновенно врать, – мы раздаем подарки одиноким пенсионерам.