Лихие. Бригадир

— Он лучший хирург в городе! — горячо воскликнула она и даже порозовела немного.

— И он без разговоров согласился со смены уйти? — удивленно взглянул я на нее.

— Сказала, что двоюродный брат с плохой компанией спутался, — вызывающе посмотрела на меня Зойка. — Тебе не все равно?

Наш разговор прервал требовательный звонок в дверь, и Зойка метнулась открыть.

— Павел Семенович, спасибо, что пришли! Вы так выручили!

— Да ладно, Зоечка, — услышал я, — как я тебе откажу!

Вот ведь сучка! — с веселым удивлением подумал я.

Витька скоро в дверь не пройдет, рога не пролезут.

— Где наш больной?

— Вот он! — Зойка открыла дверь, пропуская вперед благообразного мужчину лет сорока в очках и с железным биксом в руке.

— Что с ним? — спросил врач, надевая перчатки и обрабатывая их резко пахнущей жидкостью. Спирт, не иначе.

— Пулевое, — коротко сказал я. — Артерия задета. Кровь алая, и толчками била.

— Тогда молодцы, что жгут наложили, молодые люди, — величественно кивнул доктор своей стильной эспаньолкой.

— Кстати, я не хочу знать обстоятельств получения этой раны. Я о ней обязан в милицию доложить.

— Два куска, — ответил я. — И никто никуда не звонит.

— Пока не могу обещать, — поморщился врач. — Если он попадет в стационар, это регистратура сделает. Там же медсестры, санитарки… Такое не спрятать, и всех не заставишь замолчать. Штанину режьте! Зоя Михална, проассистируйте мне, пожалуйста.

— Да, Павел Семенович, — кротко сказала Зойка, глядя на врача обожающими глазами.

— И дайте больше света!

Из комнаты пацанов принесли настольную лампу и направили ее на ногу Штыря.

Я кивнул парням, чтобы они не отсвечивали и отошли в сторонку. Незачем напрягать доктора. Ему сейчас за скальпель браться.

— Сначала промоем область раны, — бурчал себе под нос эскулап, когда штанину ниже колена отрезали вовсе и бросили в ведро."

"Зойка протерла голень, убрав следы крови, и только ранка меньше ногтя мизинца говорила о том, что Штырь таки чуть-чуть не помер. Странно, она же крошечная такая.

— Прелестно! Прелестно! — напевал себе под нос врач. — Люблю сквозные ранения. Не нужно под рентгеном руки жечь.

— А разве пулю нельзя вытащить, нащупав в ране? — не удержался я, а врач посмотрел на меня уничтожающим взглядом.

— Конечно же, нет! — возмущенно сказал доктор. — Раневой канал пульсирует и закрывается. Пулю вынимают, продвигая инструмент под потоком рентгеновских лучей, а врач при этом хватает очень приличную дозу облучения.