Онлайн-библиотека книг
Значит, я на крючке, и это плохо. Теперь если придётся заниматься «работой», следы оставлять нельзя.
В то же время, покровительство Давыдова давало определённые возможности. Он недавно общался с директором, и теперь меня в этой гимназии никто из руководства пальцем не посмеет тронуть. И я подумал, а не пустить ли в ход свои новые связи?
И у меня возникла идея.
Мой план ещё вчера мог бы показаться безумным, но сегодня кое-что изменилось. Теперь у меня имелся козырь в рукаве.
На большой перемене я отправился в приёмную. Секретарь, выслушав меня, пошёл в директорский кабинет, а когда вернулся, сказал, что его высокородие велит зайти.
И вот я снова оказался в этом просторном помещении с начищенным до блеска паркетом и сверкающей позолотой люстрой, которая даже сейчас, днём, горела десятком плафонов. Предыдущий визит сюда оставил не самое приятное впечатление, теперь же всё должно быть иначе.
— Итак, Алексей Александрович, — произнёс директор, приняв до комичности важный вид, — присаживайтесь, излагайте ваше дело.
Я сел на стул.
— Николай Георгиевич, — начал я, намеренно обращаясь не «ваше высокородие», а по имени отчеству, будто к равному себе, — беспокоит меня одна проблема в нашей гимназии, которую хотелось бы с вами обсудить в надежде, что вы примете соответствующие меры.
— Слушаю внимательно, — на лице директора отразилось недовольство. Ему явно не понравился мой тон.
— Я не раз слышал об исключении гимназистов по совершенно пустяковым причинам только на том основании, что они являются выходцами из податных сословий.
— Довольно, — оборвал мою речь директор.
