Лихорадка в крови

Искра надежды, теплившаяся в душе у Виллему, погасла. Видно, хозяева давно покинули эти места.

И все-таки она осторожно постучала в низкую дверь.

Ей ответил глухой голос. Это были не слова, а нечленораздельный звук, какой издает человек, будучи не в состоянии говорить. То ли стон, то ли мычание.

Виллему приоткрыла дверь и вошла.

В нос ей ударило зловоние.

В комнате стояла кровать, а на ней лежал старик, похожий на скелет. Однако он мог двигаться, он повернул голову и посмотрел на Виллему глубоко запавшими глазами.

— Не троньте меня, — прошелестел жалобный голос. — Разве вы еще не все забрали?

— Добрый день! — приветствовала его Виллему. — Успокойтесь, батюшка, я не собираюсь ничего у вас брать. Просто я бежала с каперского судна, и меня забросило к вам на берег.

— Это сущие разбойники! Они были здесь и все унесли. Ударили меня по голове так, что я не мог подняться. Забрали лодку, корову, все добро. Не оставили ни крошки еды. Лежи, пока не сдохнешь, сказали они мне.

— Вы не умрете, батюшка, — успокоила его Виллему.

— Благослови вас Бог, милая фрекен!

Виллему не стала объяснять старику свое семейное положение, сейчас было не до этого. Следовало обдумать то, что он ей сообщил.

Во-первых, пираты забрали лодку. Это было скверно. Для нее, да и для старика тоже.

Во-вторых, они забрали корову. Так, во всяком случае, он сказал.

— А вы уверены, что они забрали корову? — спросила она.

— А как же! Корова паслась на острове, и они заставили меня сказать, где ее найти.

По впалым щекам старика побежали слезы.

— Сдается мне, что они ее не нашли, — сказала Виллему. — Я видела, как в лесу промелькнул крупный коричневый зверь, и приняла его за лося. Но, думаю, я ошиблась.

— Верно, лосей здесь нет.

— Значит, это ваша корова. Должно быть, они спугнули ее, и она убежала. А найти они ее не смогли.

— Куколка моя, — запричитал старик. — Небось, совсем одичала.

— Давно это случилось?

— Я потерял счет дням.

— Что ж, я примерно представляю себе, сколько вы тут пролежали. Не тревожьтесь за корову, ее я пригоню обратно. Но прежде всего вам надо поесть. В доме есть какая-нибудь еда?

— Не знаю. Я не могу встать, у меня все плывет перед глазами.

— Вы один живете на этом острове? — спросила Виллему, осматривая жилище рыбака.

— Один, совсем один. Жена умерла два года назад, и меня хотели забрать отсюда, но я отказался. Я не оставлю остров. Тут родился, тут и помру.