– Как это?
– Его надо в город. В нашей больнице нет даже операционной. А до города, боюсь, он не доедет.
– Вы хотите сказать, что не сможете достать пулю?
– Пуля сидит глубоко в животе. Это же не просто взять ножницы и достать, его необходимо оперировать. Здесь нет лекарств, инструментов и условий.
– Тогда какого черта вы здесь сидите?
– На случай того, если вдруг у вас заболит зуб, тогда я дам вам анальгин.
– Понятно. Вы должны его прооперировать.
– Я не могу брать на себя такую ответственность. Тем более исход, скорее всего, будет плачевный.
Мне, дорогуша, в тюрьму не хочется.
– Вы считаете, что пусть он лучше умрет… Он же не дотянет до города.
– Как человек, я очень вас понимаю и сочувствую, но как врач, я не имею права делать то, что не умею. Я могу связаться с городом и вызвать реанимационную машину. Это единственное, что я могу для вас сделать.
Я подошла к окну и хотела достать из кармана платок, чтобы вытереть слезы, но моя рука нащупала сверток с золотом. Достав сверток, я взяла браслет и печатку, а цепь с медальоном убрала на прежнее место.
Повернувшись к врачу, я протянула золото ему. Он покраснел и испуганно спросил:
– Что это?
– Золото, усеянное бриллиантами. Тянет на несколько тысяч долларов.
– Вы хотите меня купить?
– Нет, я хочу вас вознаградить за труд.
Врач дрожащими руками взял золото и поднес поближе к очкам.
– Здесь написано – «Граф». Кто это?
– Это именное золото моей семьи. Граф – мой отец. Теперь оно будет принадлежать вашей семье. Запродав его, вы сможете купить машину или пустить деньги на другие цели.
Врач отвел глаза от золота, затем посмотрел на Павла и тихо спросил:
– А если он умрет?
– В этом не будет вашей вины. Вы должны сделать все возможное. Мне нужен результат.
– А вы ему кто?
Я немного помялась и произнесла:
– Жена.
– Тогда вам необходимо написать расписку, что вы просите меня сделать операцию в связи с безвыходной ситуацией. И что вы снимаете с меня ответственность в случае неблагоприятного исхода. Вся ответственность ложится на вас.
Никаких претензий к медперсоналу.
– Я напишу все что угодно. Вы только начинайте, а то время идет.
Врач сунул золото в карман и направился в Сторону перевязочного кабинета.
– Что, оперировать будем? – побежала следом старушка.
– Будем, баб Тасья, будем.
– О Господи Исуси Христоси, – перекрестилась та и протянула мне чистый листок бумаги с ручкой."
"Я села за стол и принялась писать. Павла раздели догола, положили на каталку и повезли по коридору.
