Лили

Ему хотелось опять прикоснуться к ней, но она держалась так прямо и напряженно, что он не осмелился.

– Поговори со мной, Лили. Что с тобой случилось? Расскажи мне, как ты жила все это время. Ты была совсем одна?

Она легла на бок спиной к нему, свернувшись клубочком и сцепив руки под подбородком.

Она устала, твердил он себе, может быть, она даже больна, и ей, конечно, нужен отдых. Они поговорят завтра. Он склонился над нею, пытаясь заглянуть ей в лицо. Тени причудливо играли на ее бледных щеках и заострившейся, но все еще изящной линии подбородка.

Прошло несколько минут. Может, она уснула? Дэвон поежился и опустился на землю рядом с Лили, прижавшись грудью к ее округленной спине, ища ее тепла. Его рука естественным жестом потянулась и обхватила ее живот. Он стал думать о ребенке. Своем ребенке. Он и сам не мог разобрать, что чувствует, помимо тревоги за Лили и за младенца. И все-таки где-то в самой потаенной глубине его души робко зашевелилась радость: слабенький, пугливый ночной зверек, опасливо прячущийся от света. По привычке Дэвон отнесся к этому ощущению с недоверием. Но Лили ждет от него ребенка! Он вдруг почувствовал, что взлетает, отрывается от земли. Если бы все это сбылось, если бы он мог Сохранить Лили и ребенка…

Вот только что он мог дать взамен? В его скудном Существовании не было ничего, что можно было предложить в обмен на столь бесценные дары. И все же… Лили уже столько раз его прощала! Дэвон боялся чего-то просить, боялся надеяться, но ничего с собой поделать не мог.

Уж, казалось бы, в чем он никак не мог себя упрекнуть, так это в избытке веры в будущее, однако в этот час ему хотелось отбросить все возможные опасения и просто радоваться свершившемуся чуду. В течение долгих месяцев он жил как в бреду, не в силах выйти за пределы терзавшего его кошмара. Теперь Кошмар кончился: теперь он мог защитить ее. Она была здесь, здесь, в его объятиях. Ее нежный профиль смягчал грубую жестокость окружающего пейзажа. Ее тонкое плечо, упиравшееся ему в грудь, тихонько вздымалось и опадало в такт ее дыханию, пахнущие дымом Волосы щекотали ему лицо. А завтра они вместе поедут домой.

Дэвон заснул. Когда он проснулся. Лили сидела рядом на коленях и наблюдала за ним. Зимний рассвет низко висел над болотами, свинцово-серый и враждебный. Дэвон протянул руку, чтобы прикоснуться к ней, но она отклонилась.

– Вы можете кое-что сделать для меня? Он сел.

– Да. Как ты себя чувствуешь, Лили?

– Я хочу, чтобы вы передвинули камни.