Лётчик

Подошёл к носу аппарата, взгляд влево-вправо, шаг вперёд, вплотную к кабине и быстрое движение рукой — то ли похлопывание, то ли поглаживание фанерной обшивки. Не поверите, но и мир вокруг сразу заиграл свежими красками, и на душе стало легко и ясно, словно отозвался мне самолёт, принял мою ласку и приветствие. И всё равно мне, кто и что на это скажет. Не правы те, кто считает его неодушевлённым куском фанеры и железа.

Он живой, со своей душой и чувствами. Чушь? Может быть. Но спросите об этом любого лётчика, и он вам ответит точно так же… Если увидит, само собой разумеется, что вам вообще можно так отвечать.

Во время осмотра хвостового оперения и костыля успел заметить мелькнувшую на входе фигуру инженера. Прерывать осмотр не стал, ещё чего не хватало. Процедура есть процедура. Не мной она заведена и не мне её нарушать. Впрочем, тут же поправил сам себя, она ещё не заведена. И, кстати, не с моей ли лёгкой руки она приживётся в роте? Посмотрим.

Спокойно закончил наружный осмотр, забрался в кабину, осмотрелся.

Спрыгнул на утоптанную и оттого уже начинающую чуть пылить землю, направился к расслабленно стоящему возле входа в ангар инженеру.

— Доброе утро, Герман Витольдович.

— Доброе, Сергей Викторович, доброе. Как вам аппарат? Всё осмотрели?

— Замечаний после осмотра и доклада механиков нет. А как он себя в воздухе сегодня покажет… Посмотрим.

— Сегодня снова будете кабину мешками заполнять?

— Пожалуй, достаточно будет положить пару мешков на переднее сиденье.

— Имитируете вес наблюдателя?

Так точно. Буду привыкать. Не всё же одному летать. Когда-то же пришлют к нам пополнение?

— Обещают. Хорошо, Сергей Викторович, не буду вас отвлекать, продолжайте свои осмотры. Очень уж они у вас интересны и поучительны. Не будете возражать, если я порекомендую Роману Григорьевичу приобщить остальных лётчиков к этой процедуре?

— Ради бога. Дело-то нужное, жизненно необходимое.

— Только не всем понятное, — подхватил инженер и вдруг улыбнулся задорно. И подмигнул.

И что это он так резко ко мне своё отношение изменил? Из-за барышни? Впрочем, судя по моей, то есть не моей, а моего предшественника в этом теле реакции на слова нашего командира и последующему такому лёгкому отказу от безобидного, казалось мне ранее, флирта… Пустое всё это. Болван вы, поручик… Были. Смею надеяться, что впредь таких ошибок больше не допустите.