Усвоил урок.
Не доезжая трёхсот метров Саша даёт по тормозам и сворачивает в небольшую ложбину. Я вываливаюсь наружу и тихо матерюсь от боли в ноге.
— Поль? — следом за мной выпрыгивает Козин. — Нога?
— Да. Убил бы суку, — прошипел я. — Попался бы сейчас этот дохлый староста, я бы его ещё раз пристрелил.
— Вот сейчас и постреляешь.
Из жилого фургона выбирается Чамберс, с пулемётом наперевес. Как Верещагин из любимого Настиного фильма. Того и гляди, скажет: «Нет, ребята, пулемёта я вам не дам!» Да, смотрел я этот фильм.
Пока раненый валялся.
Джек с парнями займёт круговую оборону и будет сидеть здесь. Пока мы не разберёмся с нападавшими. Пока они укладываются на склонах ложбины, оживает рация.
— Я Карим, выз…аю Мед…я. На берегу чисто. Около трех бойц… под обры…, но вперёд не лезут. Как понял? Приём.
— Вас понял. Прижмите их там. Уже идём.
Подствольник жутко удобная вещь. Особенно когда надо накрыть вот таких придурков, которые мешают развитию туризма в Новом мире.
Вдоль берега подбираемся поближе.
Бандиты ещё постреливают, но уже вяло. Без огонька, как выразился бы Сашка. Они даже по сторонам не смотрят. Понимаю, их больше интересуют двое самоубийц на джипе, которые наехали на их лагерь, постреляли людей и теперь дожимают троих выживших, прижимая их к берегу.
Со своей позиции я прекрасно вижу только одного. Парень выставил спину и не глядя поливает очередями саванну. Он что, надеется, что они взойдут и патроны вырастут? Как войны из зубов дракона в греческой легенде? Тоже мне, Кадмий хренов.
Беру его на прицел. Выстрел! Он дергается и сползает вниз. За валунами мелькают ещё двое. Туда уходит граната из подствольника. Ещё одна! И ещё! Бог любит троицу, мать вашу так!
Тихо… Связался с нашими парнями. Они там неплохо устроились. Сидят и уходить не собираются. Ещё выстрел. По звуку — это Эндрю. Кто-то из бандитов зашевелился и его успокоили. Сейчас полежим, послушаем, понаблюдаем. Минут пятнадцать. Если никто больше не оживёт, то проверим лагерь.
Через двадцать минут мы подтягиваемся к палатке. Живых нет. Парни ещё возбуждённые перестрелкой и поэтому без разговоров простреливают всем бандитам головы. Ещё через пятнадцать минут сюда подтягиваются наши машины. Из кабины выбирается Чамберс с Биллом. Джек снимает шляпу, вытирает платком лоб и осматривается.
— Хорошо постреляли.
— Хотели тебя подождать, но решили, что с пулемётом тебя нельзя пускать.
— Точно, — кивает Карим и смотрит на берег.
