Лист на ветру

Его даже передернуло, когда он в очередной раз упал, и сильно ударился плечом. Глухой стук от падения поставил на споре крест; голоса сразу умолкли.

— Помогите! Помогите мне! — кричал он, и молотил в дверь. — Помогите!

— Ради Бога, можете вы прекратить орать? — произнес низкий, раздраженный голос по ту сторону двери. — Вы что, хотите, чтобы они тут все на нас навалились? Эй, ты, поднеси-ка свет сюда, поближе.

Кажется, последнее относилось к спутнику обладателя голоса, потому, что сквозь щель в нижней части двери просочилось слабое свечение.

Засов заскрежетал и отодвинулся; еще усилие, слегка поднажать — и о, радость! — задвижка откинулась к стене. Дверь распахнулась, и Джерри моргнул от внезапного острого луча света, поскольку дверца фонаря была открыта.

Он отвернулся, и на мгновение закрыл глаза — осознанно, как сделал бы в ночном полете, когда его на миг ослепляли вспышки сигнальных ракет, или свечение выхлопов собственного двигателя.

Когда он открыл их снова, с ним в хлеву были еще двое мужчин, и они оглядывали его с ног до головы с откровенным любопытством.

Большущие парни, что тот, что другой, и куда выше и шире в плечах, чем он сам. Один — светловолосый красавчик, другой черноволосый, как Люцифер.

Они были не слишком-то друг на друга похожи, и все же он чувствовал, что они могли быть связаны между собою родством — стоило только мельком увидеть костяк, или, быть может, сходство выражения на их лицах…

— Как тебя зовут, приятель? — мягко спросил черноволосый. Джерри почувствовал в затылке холодок беспокойства, и почему-то одновременно трепет волнения внизу живота.

Это была обычная речь, вполне понятная. Шотландский акцент, но…

— МакКензи, Джей, — сказал он, выпрямляясь, и весь обратившись во внимание. — Лейтенант ВВС. Служебный номер…

Какое-то неописуемое выражение скользнуло по лицу темного парня. В первую очередь как будто желание расхохотаться, к чертовой матери — и тут же вспышка волнения в глазах — глаза у него были действительно замечательные, ярко-зеленого цвета, мелькнувшего вдруг при свете лампы.

— Вы кто? — спрашивал он настойчиво. — Откуда пришли?

Они оба обменялись совершенно непостижимым взглядом, а другой ему ответил.

Оба незнакомца были примерно одного возраста, но было ясно, что светловолосому в жизни пришлось потруднее; лицо у него было сильно обветренное, в глубоких морщинах.

— Отсюда будет далековато, — сказал он спокойно, и, несмотря на собственное волнение, Джерри услышал в его голосе ноту отчаяния и одиночества.