Я собирался вскипятить и выпить немного воды, чтобы согреть свои внутренности, но как только моих плеч касается покрывало, единственное, что у меня получается сделать, это рухнуть в гнездо, вжаться лицом в его мягкость, закрыть глаза и заснуть.
Мне снится дождь. Теплое тело, прижатое к моему, сердце, бьющееся в такт с моим сердцем. Мне снятся светлые волосы и обкусанные ногти.
Небо синее-синее, тысяч оттенков синего цвета, отчего даже в тусклом свете комната становится еще синей, чем обычно. Я лежу у себя в гнезде – глядя в окно, полудремлю, полубодрствую – и вдруг слышу сопение.
Я стягиваю вокруг плеч покрывало, высовываюсь в окно и смотрю вниз. Мои глаза распахиваются, когда я их вижу. Мать и двое ее щенят.
Она останавливается, поднимает мордочку на меня и шевелит в воздухе носом. Затаив дыхание, я замираю. Ее шерсть такая яркая на морозе. Щенята у нее под боком совсем маленькие и полны еле сдерживаемой энергии. Мне уже очень давно не встречались лисы.
Мы рассматриваем друг друга. По-прежнему не дыша, я улыбаюсь ей, и тогда она со щенятами на хвосте скрывается в темноте на затененной стороне здания.
Я бесшумно закрываю окно. Думаю, не оставить ли для нее завтра еды, потом забираюсь к себе в гнездо и опять засыпаю.
Несколькими часами позже я сижу на краю бассейна и болтаю ногами. Небо ясное. Сквозь разбитые стекла крыши сияет половинка луны. У всего сегодня странные, искаженные тени. Я даже пару раз щипаю себя, чтобы убедиться, что я не сплю. Иногда я прихожу сюда и сижу у пустого бассейна. Если закрыть глаза, можно представить, каким это место было до того, как о нем забыли, и оно пришло в запустение.
Снаружи по гравию и траве хрустят неустойчивые шаги.
От него через весь бассейн пахнет спиртным. Крепким спиртным, которое сдирает кожу во рту и горле, когда глотаешь.
Видимо, он гулял вдоль шоссе. Он тут местная знаменитость. Он, его нога и его истории.
– Привет, – отвечаю я.
Пока он идет по кромке бассейна, я не дышу.
