Лисы (ЛП)

Мики замечает, что я смотрю на его свитер. На нем несколько дырочек. Он притрагивается к ним и сглатывает.

– На прошлой неделе у меня стащили из прачечной сумку с одеждой. Пришлось взять взаймы чужое. Свое я почти все потерял.

А я вдобавок сломал его чертов сотовый. Ну и молодчина же я.

Тротуар скользкий от льда. Падать не хочется, и потому я не иду слишком быстро и смотрю, куда ставлю ноги. Я слежу и за Микиными ногами. Те грязно-серые леггинсы были ему по крайней мере как раз. Чего не скажешь о джинсах – они чересчур ему велики.

Если выпрямиться, мы с ним, наверное, станем приблизительно одного роста, но вот ноги у него намного длиннее моих. И у него большие ступни, а может, как и с кистями рук, так только кажется по сравнению с его тощей комплекцией. Он словно еще не закончил расти.

Я думаю о том, сколько ему лет. Возможно, он младше, чем мне казалось. Я не хочу, чтобы он оказался младше.

Мики болтает без умолку. Из-за его акцента у каждого слова появляется новый оттенок, и он забрасывает меня еще более странными фактами, чем те, которыми переполнена моя голова.

Я думаю, он замерз, и ему надо отвлечься. Может, от разговоров он согревается. Я не всегда отвечаю, но внимательно слушаю. Мне нравится тембр его голоса. Он расслабляет меня, и мне становится в его присутствии все легче и легче, что удивительно, ведь мы почти не знакомы. Главным образом я думаю о его замечании о луне и о том, что он имел в виду.

– Мне лучше заткнуться, да? Когда я нервничаю, то начинаю много болтать.

Я уже привык к тому, что люди просят меня заткнуться. – Он улыбается и потому вряд ли на сто процентов серьезен. Но мне не нравится то, как клацают его зубы, отчего его голос дрожит. Я бы предложил Мики свой свитер, если б не знал, что в одной тонкой футболке закоченею до полусмерти еще до того, как дойду до вещевого пункта.

Для меня невообразимо захотеть, чтобы он замолчал.

Но с другой стороны, я – тот странный псих, который сломал его телефон, пока пытался выкачать оттуда его фотографии, а потом еще и соврал об этом.

Но я даю себе слово уговорить Мики оставить мой телефон у себя. После этого я больше не стану совершать никаких странных поступков.

Он искоса поглядывает на меня, словно еще ждет, что я отвечу.

– Я не хочу, чтобы ты затыкался, – говорю я.

Хорошо, что он не видит, как у меня во время ответа все переворачивается внутри, и не слышит, как мое сердце выбивает в груди лихорадочный ритм.