Любимая наша

− Но ты же говорил… Я думала, что освободить меня от всех связей можно будет только после родов.

Он также обещал, что на время сумеет заглушить эту связь, пока не доставит туда, где мужья не смогут меня почувствовать и достать.

− Я говорил только о твоих связях с супругами, они другие. Ваши энергии спаяны, жизненные потоки тесно переплелись. Разорвём нити сейчас и твои дети могут не выжить? Готова рискнуть?

− Нет! Нет, ни за что, − испуганно мотаю головой. – Я подожду.

− Правильное решение. Руку, Лина. Это тебе не навредит.

Вздохнув, я решаюсь. Если жечь мосты, то основательно.

А через несколько месяцев я стану окончательно свободна.

− Как она могла посметь?! – взбешённый рык Са-оира долетает до меня, как сквозь толщу воды. Или льда. – Дурочка безбашенная. Когда найду, выпорю так, что неделю сидеть не сможет. А если пострадает из-за своей глупой выходки − месяц.

− Как заботливо. Так вот от кого она сбежала, − ядовито замечает Сэтору.

Кажется, они снова сцепились. Пока лишь на словах. Кажется, что-то орут советники.

Как всегда, требуют ответов… А ответов нет.

− Всем молчать! И сидеть на месте, если жизнь дорога! − рявкает брат и его тьма выплёскивается в зал разъярённым ураганом, вмиг заставляя советников заткнуться и настороженно замереть в своих креслах.

Я должен оценить реакции… проанализировать… вычислить возможных соучастников случившегося. Должен, но не могу.

Впервые в жизни я настолько дезориентирован, что не могу не то что проанализировать ситуацию, мне сложно оценить её даже в поверхностной степени.

Сложно двигаться, говорить… дышать. Перед глазами стоит только одно. Бледная Лина делает шаг… и исчезает. Шаг и исчезает… Шаг и исчезает… и так до бесконечности. В груди будто клинок проворачивается. Круг за кругом.

Она не могла так поступить. Она поклялась. Она была так предана и покорна. Она… любила. А я...

− Я её не ощущаю. Нигде. Ментально она полностью закрылась. Ищи, тёмный, быстрее. Ты же у нас сильнейший мастер по манипуляциям с энергиями, − огрызается Сэтору.

− Заткнись! Это из-за тебя она сорвалась, − гаркает брат, но тем не менее погружается в подпространство так глубоко, что на время даже исчезает из моего восприятия.

− Это бесполезно. Она ушла в недоступные нам слои, − признаю, ощущая с каждым словом, как что-то рушится внутри, опадая глыбами льда и рассыпаясь на смертельно опасные острые осколки. Полосуя изнутри в кровавое месиво.

Губы шевелятся. Мозг пытается работать, но организм корчится в агонии. Я пробит.