Любимая наша

По истончённым, уходящим в никуда, нитям нашей с Линой связи до моего сознания вдруг долетают далёкие отголоски её эмоций.

− Я кое-что ощущаю, − бормочу, всё глубже уходя внутрь себя, чтобы определить и проанализировать эти ощущения как можно более точно и полно. Нельзя их упустить. Может, это наконец наш шанс.

− Я тоже, − опустив голову, рычит Са-оир. – Ей больно.

− Лина рожает. Вы чувствуете это? – раздаётся позади нас запыхавшийся и… взволнованный голос А-атона.

− Схватки стихают, шейка матки недостаточно раскрыта.

Возможно мне придётся извлечь детей хирургическим способом, − строго смотрит на меня лекарь Дорас, выглянув из-за моих разведённых в стороны коленей.

Недостаточно сильные? Он серьёзно? Да я уже целую вечность умираю от этих схваток.

− Нет, для моих мальчиков будет лучше, если они родятся естественным путём.

− Лина, ты уверена? – обеспокоенно смотрит на меня Иса.

Я знаю, я изучала этот вопрос ещё в Аша-Ирон, и Ми-ичан говорил.

Это важно, для энергетики новорожденных ашаров. Это лучше связывает их с энергетическими потоками Вселенной. А мы сейчас вообще в чужой находимся, им ещё тут жить, нужно чтобы у них всё правильно наладилось…

Но у меня осталось так мало сил… Боги, зачем я сбежала, чем думала? Дура. Дура. Дура…

Новый спазм обжигающей боли скручивает низ живота, спину, сводит мышцы ног. С гортанным криком я комкаю простыни и запрокидываю голову на подушки, чувствуя, как слёзы смешиваются с потом и текут по вискам.

Но как бы мне ни было больно, я с ужасом понимаю, что лекарь прав. Схватки действительно стали чуточку менее болезненными, менее невыносимыми.

Нет, я должна справиться. Должна. Во мне есть силы. Я всё готова отдать ради своих мальчиков. Должна… Но как?

− Сделайте что-нибудь. Может, простимулируйте как-то родовую активность, − цежу сквозь зубы, едва сумев отдышаться. Лекарь задумчиво поджимает губы.

Да о чём тут думать? Даже на Земле так умеют делать.

Мне сестра рассказывала, у неё так с Тоней было.

Сквозь вязкую дымку боли и нечеловеческой усталости я, кажется, слышу, как открывается дверь в спальню. Но голос Морада, вдруг прозвучавший рядом с моей кроватью, становится для меня полной неожиданностью:

− Почему ты меня не позвала, Лина?

− Извини, занята была, − рычу, скосив глаза на богара в неизменной маске. – Не думала, что ты захочешь присутствовать.