Любимый незнакомец

А что случилось со старыми?

– По собственной воле? – задорно уточнила Дани, и он в ответ чуть растянул губы в мимолетной улыбке. Однажды он ей улыбнется по-настоящему.

– Да. Просто мальчишке они были нужнее, чем мне.

Он не стал объяснять, какому такому «мальчишке» и почему на нем теперь была надета клетчатая кепка, но Дани подошла к манекенам и сняла с одного из них пальто с меховым воротником, на теплой подкладке, и шляпу-федору в тон.

– В нем вы ни за что не замерзнете. И с этой шляпой оно будет прекрасно смотреться, – сказала она, протягивая ему обновки.

Он помотал головой:

– Слишком приметные. Я не хочу мерзнуть… и не хочу, чтобы меня замечали.

Она снова надела на манекен пальто и шляпу:

– Ясно. У нас на складе, кажется, есть одно серое пальто. Оно ко всему подходит. Хороший, нейтральный цвет. Когда вы в коричневом, его тон словно теплеет, а когда надеваете одежду более холодных оттенков, оно не желтит. А эта шляпа подойдет к вашей форме лица. – И она сняла с крючка темно-серую шляпу.

– Интересно, какой же формы у меня лицо?

– Угловатое. Хомбург – хороший вариант, если не годятся ни федора, ни котелок.

– Вы говорите так, будто всю жизнь этим занимались.

– Да. Вы же знаете… в одежде вся моя жизнь.

Он передал Дани клетчатую кепку и надел новую шляпу.

Шляпа ему подошла, он действительно хорошо в ней смотрелся. Но Дани отвлеклась на грязную кепку, которую держала в руках.

– Я возьму шляпу, – сказал Мэлоун. – И пальто со склада, если вам кажется, что оно мне сгодится.

Еще я хотел бы порыться в вашей кипе вещей из морга. Я вам за них заплачу. Мне нужна одежда для работы… такая, чтоб было не жалко.

Она кивнула в ответ, не вникая в смысл того, что он говорил. Кепка, которую она держала в руках, перекрикивала все прочие звуки. Она потерла пальцами ленту изнутри кепки, там, где тулья соединяется с козырьком. В этом месте обычно собирается весь пот – и все мысли.

– Это не его кепка, – прошептала она.

– Не мальчика. Он нашел ее в тот день, когда обнаружили трупы, но не рядом с ними, а выше, у вершины холма.

И никому не сказал. Не сказал даже Леонарду. Он сам не знает почему. Когда он ее надевает… у него будто бы есть своя тайна. И потом, теперь уже поздно об этом рассказывать.

Она выпустила кепку из рук, словно та обожгла ей пальцы, и тыльной стороной ладони поправила очки. Ей вдруг показалось, что она вся испачкалась. Ей захотелось вымыться.

Мэлоун нагнулся и поднял кепку.

– Я принесу пальто, – сказала она.