Любовь-морковь и третий лишний

Варвара мельком огляделась, обратила внимание, что в комнате нет ни одной фотографии Павлика, и поинтересовалась:

– Сама хозяйничаешь? Где же Настя?

– Павлика больше нет, – сухо ответила Альбина, – Евгений умер, денег у меня кот наплакал, пришлось расстаться с прислугой.

– А-а, – протянула Варвара, – в общем, верно.

На этом беседа иссякла, и председательница, чувствуя себя не в своей тарелке, сочла за благо быстро исчезнуть. С тех пор общение ее с Альбиной свелось практически к нулю, встречаясь во дворе, они раскланивались, но не более того.

Для Варвары Михайловны оставалось загадкой, кто приносит пожилой женщине еду, убирает квартиру, стирает белье, ей самой помогали дети и внуки.

Брошенной себя Варвара Михайловна не считает, хоть и живет одна, но телефон под рукой, наберешь номер, и родственники живо примчатся, а у Альбины-то никого нет.

Иногда, впрочем, Варвара видела, как постаревшая Ожешко серой тенью скользит по тротуару, одетая зимой в темно-коричневое пальто и серую норковую шляпу. С председательницей Ожешко здоровалась редко, наверное, стала совсем слепой и не всегда узнавала знакомую.

В последний раз Варвара столкнулась с Альбиной темным декабрьским днем, вышла на улицу, поежилась от холода, сделала пару шагов и наткнулась на нее. Та, еле-еле передвигая ноги, плюхала домой, в руках у Ожешко покачивался пакет, сквозь прозрачный полиэтилен была видна гора банок и коробок, она плелась из супермаркета.

Варвару Михайловну пронзила острая жалость.

Вон как судьба несправедлива, они с Альбиной одного возраста, обе прожили большую половину жизни, но какой разный итог! Варвара счастливая мать и бабушка, вполне бойкая дама, следящая за собой. Дети балуют матушку, один купил ей шубу, другой обувь, и только на пенсию Варвара Михайловна не живет, более того, она совершенно не считает себя старухой, бодро ходит, любит посещать театр, участвует во всех событиях двора, в курсе всех сплетен, окружена подругами.

А Ожешко?! Страх смотреть, развалина, горемыка, несчастное, никому не нужное, наказанное жизнью по полной программе существо. Может, ей нужно помочь?

– Альбина, – окликнула знакомую Варвара, – здравствуй, как поживаешь? Хочешь, провожу тебя?

Давай поболтаем как встарь, посидим за чашечкой кофе. Пойдем ко мне!

Ожешко молча шла мимо.