Любовь-морковь и третий лишний

Если откровенно, лишь кот меня на земле и держит, иногда лежу ночью в кровати и думаю: почему еще к Яше не ушла? А потом как стукнет в сердце: Епифану-то всего пять лет, куда ему без хозяйки? На помойку? Ой, беда!

– Павлик не объявлялся, и, где он, вы не знаете? – безнадежно спросила я.

– Именно так, – отрезала Каролина Карловна, – я очень хорошо к нему относилась, но, видно, Павел решил отрезать прошлое целиком. И не надо на меня смотреть такими глазами! Как, по-вашему, мне его было отыскать? Ходить по улицам и кричать: Павел Закревский, ты где?

Фамилия показалась знакомой.

– Он же Ожешко, – удивилась я, – Павел Ожешко.

– Нет, конечно! Ожешко была Альбина Фелицатовна, она, выйдя, так сказать, замуж, оставила свою девичью фамилию, а Павлик, естественно, стал, как и Евгений, Закревским!

Внезапно мне стало жарко, так, как будто я по глупости влезла в шубе на банную полку. Павел Закревский, молодой мужчина-стилист, любовник Тины Бурской, а заодно и воздыхатель Жанны. Все вокруг считают, что неудачливая актрисулька отравила свою подругу из ревности, хотела иметь Павлика в единоличном владении.

– Что-то не так? – насторожилась Каролина. – Отчего ты сидишь с вытаращенными глазами.

– Нет, просто мне пора бежать, огромное спасибо за помощь.

– Счастливого пути, – вежливо ответила Каролина Карловна, – найдешь время, заходи, мы с Епифаном будем тебе рады.

Ноги понесли меня к выходу.

– Сделай милость, просто прикрой калитку, – велела Хованская, – не дергай замок.

Я обернулась, хотела сказать «конечно», но неожиданно вымолвила совсем другое.

– Дайте мне листок бумаги.

– Зачем? – удивилась хозяйка.

Но мои глаза уже приметили на маленьком столике у торшера блокнот с ручкой.

– Оставлю вам свои телефоны и адрес.

– Но зачем? – повторила Каролина. – Я не выхожу из дома.

– Если вам потребуется моя помощь – звякните, сразу примчусь.

Хованская вздернула голову:

– Спасибо, конечно, только я не привыкла людей утруждать, и потом, есть Мария Николаевна, я плачу ей, прискачет в случае необходимости.

Наверное, тяжело жить с таким гонором, понятно теперь, отчего Каролина Карловна так и не завела подруг.

– Но ваша соседка терпеть не может кошек! – напомнила я.

– И что? – наклонила голову набок хозяйка.

Я набрала полную грудь воздуха И решительно произнесла:

– Если с вами случится беда, я заберу Епифана.

Надеюсь, что вы проживете еще много-много лет, просто хочу сейчас снять с вашей души груз.