Любовь-морковь и третий лишний

Я-то решила ему помочь, выплеснула все известные сведения, отдала диктофон с записями, вручила адреса, телефоны, имена опрошенных мною людей, не утаила своих логических умозаключений, назвала, в конце концов, имя убийцы, и что?

Меня заперли дома в прямом смысле этого слова, отобрали ключи от квартиры и машины, а верхнюю одежду вкупе с сапогами и ботинками Вовка отволок к себе, приговаривая: «Так надежней будет».

Юлечка окрысилась на меня за репейное масло, которое с огромным трудом отмылось с ее волос и с тела Ириски.

Впрочем, совет, данный соседкой Верой, оказался дельным, йоркшириха перестала чесаться.

Семь томительных дней я шлялась по квартире, от скуки занимаясь хозяйством, но к вечеру пятницы, этак часам к восьми, на меня напало отчаянье. Чем заняться, а? Комнаты вылизаны до блеска, обед из пяти блюд в холодильнике, все вещи перестираны и переглажены, собаки вымыты, а кое-кто даже расчесан.

Что делать? Смотреть телик? Больше не могу пялиться в экран, а книги все перечитала, и потом, разве можно по второму разу увлечься детективом? Имя убийцы уже известно.

Да, теперь становится понятно, что, если мне предложат выбор: сидеть в замке без дела или служить рабом на галере, я, не колеблясь, выберу рабство и начну ворочать веслами, потому что без работы можно сдохнуть от тоски.

В полном отчаянии я решила еще раз расчесать Рамика, взяла гребень, и тут из прихожей донеслись голоса, мигом забыв про пса, я кинулась на звук.

Около вешалки стоял незнакомый светловолосый мужчина лет сорока.

– Здрассти, – вежливо сказал он.

– Знакомься, Лампудель, – весело воскликнул Вовка, – это Лисица!

Я, не очень-то настроенная разговаривать с майором, мигом заинтересовалась:

– Я. Это фамилия такая. Лисица. Разрешите представиться, Юрий Лисица.

– Лампа Романова, – кивнула я, – это имя такое, Лампа.

– Очень мило, – кивнул Юрий.

– Польщена вашим комплиментом, – непонятно почему стала злиться я.

– Тихо, тихо, – захихикал Костин, – если одному от родителей досталась фамилия Лисица, а другая обзавелась имечком Лампа, то кто же тут виноват?

Лампудель, сгоноши нам чайку, живенько, с бутербродами!

Я поджала губы, а потом, сказав: «Сам великолепно справишься с этим», ушла к себе, легла на кровать и отвернулась к стене.

– Эй, Лампудель, – крикнул Вовка, входя в комнату, – хватит злиться, я с подарками пришел!

– Спасибо, положи на тумбочку, потом посмотрю.

– Заканчивай дуться!

– В чем? – изумился Костин.