Любовь со второго взгляда

Хоуп казалось, что ей передается сила Гаэля. Странный, почти животный голод пробуждался в ней.

Не осознавая, почему это делает, она прикрыла глаза и украдкой наблюдала за Гаэлем из-под своих темных ресниц. А потом положила руку Гаэля на свое бедро. И с чисто женским торжеством наблюдала за тем, как все его тело дрожит от возбуждения.

– Хоуп, – почти шепотом произнес Гаэль.

В голосе его слышались волнение, озабоченность и даже страх. Все эти дни он старался узнать тайну Хоуп, заставил ее забыть все запреты и сбросить оковы.

И вот теперь, когда она наконец поняла, до какой степени устала от своей замкнутой и безрадостной жизни, почувствовала, что готова с головой броситься в омут наслаждений.

Девушка погладила художника по руке. «Какая же нежная и шелковистая кожа у него на запястье», – подумала она, а он закрыл глаза. Судя по всему, манипуляции Хоуп ему нравились. Ее удивляло то, как обычные прикосновения могут заставить человека забыть обо всем. И внезапно осознала, что назад для нее пути нет.

Она должна была чувствовать стыд и смущение, лежа здесь обнаженной, если не считать ленточки на шее, цветка в волосах и украшений, которые лишь подчеркивали ее наготу.

Но странно, ничего подобного Хоуп не испытывала. А еще удивительнее то, что каким-то образом ей удалось подчинить Гаэля своей воле. Похоже, он готов был выполнить любое ее желание. Хоуп гладила Гаэля по лицу, с наслаждением изучая каждую его черточку. Чувственный рот, острые скулы… В эти минуты ей казалось, что Гаэль принадлежит только ей одной.

– Хоуп, – повторил Гаэль, взял ее за руку и заглянул в бездонные глаза своей натурщицы. В его взгляде читались беспокойство, растерянность и… вожделение. – Все неправильно. Этот вечер стал для вас настоящим испытанием, и вы сами не понимаете, что творите. Потом будете жалеть… Я не хочу пользоваться вашим состоянием для удовлетворения…

– Наоборот, это я пользуюсь вашим состоянием, – отчеканивая каждое слово, заявила Хоуп.

Его глаза пылали огнем страсти, а его натурщица забыла, что должна лишь позировать своему художнику и только поэтому лежит здесь в шезлонге обнаженная.

Все ее тело дрожало от сладостного и одновременно мучительного чувства.

На губах Гаэля заиграла хищная улыбка.

– Ну, можете в это верить, если хотите, – предложил Гаэль. В его голосе прозвучала нескрываемая насмешка.

– А если бы я была другой, вы бы тоже отказались от близости со мной?

– Тогда все было бы по-другому.

– Я имела в виду не это. И вы сами это знаете.