Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

Да, может быть, я и рисковала, вываливая всю правду абсолютно незнакомому человеку. Только к тому времени я уже так устала, что мне было почти всё равно…

Я рассказала обо всем без утайки. Не пыталась обелить себя, не преувеличивала, не называла фамилий, не добавляла какие-то свои суждения и мысли. Просто тихо и спокойно, шаг за шагом, поведала обо всем, что произошло с того момента, как я попала в клуб, и чем это в итоге закончилось.

Дмитрий Александрович слушал молча, не перебивая и не задавая лишних вопросов.

Даже после того, как я замолчала, он еще долго ничего не спрашивал, медленно прокручивая в пальцах обычную черную зажигалку. И лишь потом, когда я стала заметно нервничать, негромко произнес:

— Вы… — я невольно сглотнула, обеспокоенная такой реакцией. Даже в горле пересохло. — Вы мне не верите?

— Ну, почему же? — как-то невесело усмехнулся Араньев. — Доказательства, так сказать, на лицо. Извини. Дело в том, Лиза… У меня нет причин тебе не верить.

О том, что в «Пантеоне» организовывают хранение и сбыт наркоты, я давно в курсе. Роман Мармеладов давно у нас под наблюдением, как и его поставщик, Константин Илларионович Ларин. Только здесь, как в анекдоте: все всё знают, но доказать не могут. Приятно видеть твою веру в родную полицию, но, увы, мы не всесильны. Всегда найдется кто-нибудь выше нас по рангу, званию и положению. Если не приказом «свыше», так другим путем нам перекрывают все возможности взять этих двоих с поличным. И то, что видела ты — просто чудо. Если взять твои показания, как основные, добавить пару внезапных обысков и всё остальное — не буду загружать тебя лишними подробностями — то эту контору можно прикрыть. Но это будет невероятно сложно.

— Но возможно же? — я с надеждой посмотрела на мужчину. — Вы же можете это сделать, правда?

— Если постараться, смогу, — криво усмехнулся мужчина. — Но не уверен, что одних твоих показаний будет достаточно, чтобы дать делу ход.

Ты уверена, что видеозапись не сохранилась?

— Там остался мой телефон, — невольно вздохнула я. — Я не успела никому отправить запись, она просто не успела бы загрузиться. А с «облака» ее тут же удалили. Но…

— Но? — вскинул брови Араньев.

Я не стала ничего объяснять. С трудом, но всё же сев, запустила руки в волосы, нащупывая накладные пряди. Конечно, найти нужную было сложно, я толком и не помнила, какую использовала тогда, в туалете.