Нет, если мой отец решит соблюдать пост, я точно уйду из дома. К счастью, пока до этого не дошло. Но иногда бесит.
– Макс, скоро ужин, зачем ты аппетит перебиваешь? – на кухню заглянул отец, причём именно тогда, когда я уже сделал себе пару многоярусных бутербродов и теперь наливал в пивной бокал томатный сок. Люблю пить из объёмной посуды, если это не крепкий алкоголь, и, хотя никому в этом не признаюсь, микроскопические чашечки для кофе и пиво в банках по 0,3 за границей меня нервируют. Стеклянная бутылка (одно из многочисленных предубеждений отца заключается в том, что он абсолютно уверен, что тетрапаки и пластик вредны для здоровья и домработнице велено, буде такая возможность, их избегать или немедленно всё переливать-пересыпать-перекладывать) казалась скользкой, и я даже догадывался, почему.
Кое-кто намазал руки кремом, а потом наливал. Учитывая, что в доме только двое пользуются кремом для рук, и это был явно не я, не надо быть Шерлоком Холмсом или Эркюлем Пуаро, чтобы догадаться, что это Светлана.
Спирит как-то сказал, что когда человек нравится, ты прощаешь ему многое, но когда он тебя раздражает, даже мелочи кажутся отвратительными, просто смертными грехами.
– А… Я всё равно поем. Кстати, что там у нас?
– Не знаю, – отец покосился на духовку. – Птица, что ли, какая-то… Я, собственно, чего… Тут у меня письмо к немецким партнёрам, переведёшь быстренько? Мне надо сейчас отправить.
– Да запросто! – согласился я, протирая бутылку с соком. – Скинь мне на почту… Нет, лучше на дискету и занеси.
Отец кивнул и вышел. Я, прежде чем пойти за ним, быстро сдёрнул и выкинул в ведро листочек с молитвой. Нечего тут фарисейство разводить. Хочешь сидеть на диете, так сиди, а не прикрывайся религией."
"Отец часто просит меня, работая дома с документами, что-нибудь перевести. Сам он знает английский достаточно, чтобы поддержать несложный разговор и сориентироваться в другой стране. Но, как сам признаёт, его знания английского, чтобы вести современный бизнес, крайне недостаёт, потому что в юности он этот язык игнорировал, ну а потом новое усваивать всегда сложнее.
Вот поэтому-то от времени, когда я себя уже помню, и лет до семи возле меня постоянно торчали всякие личности разного возраста и пола с идеальным знанием английского. Некоторые были очень даже ничего. Например, молодой мужчина, которого я называл «мистер Майкл». Его я просто обожал. Мы много гуляли вместе и нашей любимой игрой была «экскурсия».
