Но не к тачке своей направляется, а в кафе через дорогу.
Ну блять, удачно подъехал, сейчас лично у нее обо всем и спрошу. На хер ей по этим блядским собеседованиям бегать, если она хоть сейчас может занять место в моей компании?
Выхожу. Дорогу ей перерезаю.
— Здравствуй, Катя, — говорю. — Скучала?
Нихуя она не скучала.
Но это и без вопроса было понятно.
Когда вижу, как резко меняется выражение ее лица, самому себе в ебало дать охота. Сука. Что же я так ее выбешиваю?
Она назад оборачивается. Будто ищет глазами кого-то.
Кого, блядь?
Взгляд перехватываю. Нихуя разобрать не могу.
Да и похер.
— Долго ты от меня бегать будешь? — спрашиваю.
— А я бегаю? — приподнимает бровь.
— Поговорить надо.
— Поговорили, — губы поджимает. — Хватит.
— Нет, — отрезаю. — Мало.
— У меня нет времени, — роняет, на часы смотрит. — Перерыв на обед до двух, а потом нужно вернуться в офис.
— Тогда вместе пообедаем, — бросаю.
И только потом до меня доходит, что именно она сейчас сказала.
— Не могу, — отрицательно мотает головой.
— Уже договорилась…
— А зачем тебе в офис? — спрашиваю.
— Работаю там.
Говорит и смотрит на меня как на дебила.
А я и есть, блять, дебил.
Иначе почему только сейчас узнаю, что она опять работать устроилась? В отчетах нихера об этом не сказано.
— И давно ты работаешь?
— Второй день.
Точно. Вчера пропустил. Не мог за ней приглядеть лично. Отвлекли. Пока свои вопросы решал, она уже со всем разобралась.
Лихо.
— А что тебя так удивляет? — прищуривается Катя.
— Да так, — тяну как уебан.
Но не говорить же ей, что я негласный приказ отдал. Никто не должен брать ее на работу. Если только не хочет от меня пиздюлей отхватить.
А какой-то смельчак нашелся.
— Где работаешь?
Она хмурится, но компанию называет.
Китайцы, блять. Совсем охуели. Новая компания. До них мои распоряжения по ходу не дошли. Ну ничего. Исправим.
— Когда заканчиваешь? — спрашиваю. — После работы заберу.
— Не нужно, — отвечает ровно.
А поднявшийся ветер растрепывает ее шарф, утягивает ткань в сторону, открывая голую шею.
И хоть Катя все быстро поправляет, успеваю заметить, как бешено бьется жилка на ее шее.
Нервничает она. Волнуется. И похуй, что в равнодушие играет. У нее каких только чувств ко мне нет. Но точно не это гребаное безразличие.
— Почему “не нужно”?
— У меня планы.
— Какие?
Выгибает брови.
Ах да.
Уверена, что отчитываться не должна. Планы у нее. И на обед. И на вечер. А еще работа нашлась.
Пиздануться.
— Мне пора, — выдает и мимо проходит.
