Что-то прикинул в голове, сощурился и обратился ко мне: — Вы о самом старом храме столицы? Том, что недалеко от дома ан Шэрранов?
— Да, о нем, — ответил за меня настоятель.
— Ваше высокопреосвященство, вам не кажется, что некоторые вещи не стоит рассказывать юным девушкам? — остро глянул на него Арман.
Надо же, с кем меня свел случай… Этот старик занимает высшую должность в иерархии храмовников. А по нему и не поймешь. Слишком просто он себя с нами вел, даже его сутана была лишена отличительных знаков. Разве что ткань дорогая.
— Сын мой, некоторые вещи должны быть рассказаны. И лучше раньше, чем позже.
— Боюсь, что в данном случае лучше никогда, — сцепив челюсти, почти прошипел канцлер.
Я переводила недоуменный взгляд с него на настоятеля. Эти двое явно знакомы не первый день, и я сейчас наблюдала продолжение какого-то их давнего спора.
— Небольшой экскурс в историю девушке не повредит, — примирительно произнес настоятель. — Всего лишь небольшой экскурс в историю.
Арман резко выдохнул и скосил на меня взгляд.
Похоже, между этими двоими столько тайн, что устанешь слушать. И я не была уверена, что хотела бы знать даже их часть. Вернее, очень хотела бы, но чем это может для меня обернуться?
— Что ж, сейчас нам нужно защитить честное имя леди Анны, и мы с Жеромом готовы принести клятвы, — смиряясь, перевел тему Арман.
— Да, я наслышан о вашем полете и нападении, из-за которого леди попала в щекотливую ситуацию. И рад, что могу помочь. Хотя я бы предпочел сегодня услышать другие клятвы, — с еле заметной усмешкой, но очень по-доброму произнес кардинал.
"
"А дальше были клятвы, повторенные за настоятелем, и его молитвы. Все довольно предсказуемо. Вот только в конце, закрепляя обряд, его высокопреосвященство выпустил из рук три небольших шарика белого света — я такие видела ночью в монастыре, когда из фаворитки короля изгоняли духа изнанки. Эти шарики в мгновение ока пролетели сквозь нас и вернулись к настоятелю. Я даже испугаться не успела. Вернее, я испугалась, но потом — когда уже все закончилось.
Все-таки я до сих пор не была уверена, что моя душа не покинет и это тело, если над ним провести обряд экзорцизма. Духом изнанки я себя не считала, но то, что я заняла чужое тело, — это факт.
От страха, что могла только что походя расстаться с жизнью, сердце несколько раз стукнуло с такой силой, что кровь зашумела в ушах, и я не сразу расслышала слова настоятеля:
— Ваши клятвы подтверждены, и яркий белый свет силы Пресветлого — свидетель их чистоты.
