Какое-то время я еще смотрела на исказившееся лицо убийцы, на ее распахнутые, неестественно блестящие глаза, болезненно искривившийся рот, скрюченные пальцы, которыми она держала второй ритуальный нож… и даже не вздрогнула, когда полоумная моранка с пронзительным воплем прыгнула с места, целясь этим ножом мне в горло, а загородившая ей дорогу настоятельница сокрушенно покачала головой и коротко взмахнула боевым посохом.
Несостоявшуюся супругу повелителя сбило с ног и как пушинку сбросило с огромной пирамиды. Но я не стала смотреть на ее бесславную кончину.
И даже не вздрогнула, когда через пару томительно долгих секунд внизу раздался отвратительный мокрый шлепок.
Обняв хрипло дышащего Таалу за плечи, я бережно уложила его на каменный пол – так, чтобы не сдвинуть лезвие ножа в ране, и, ласково погладив по щеке, прошептала:
– Я спасу тебя, Таалу. Только не мешай, ладно?"
"А потом протянула в сторону руку и чуть громче добавила:
– По, давай попробуем вместе.
– Не смей использовать чистое благословение, – предупредила мама, по-прежнему держась поодаль.
– Для морана оно будет сродни боевому заклятию. Не забывай – он все-таки смертен, а значит, как минимум одна слабость у него есть.
Я прикусила губу.
Так вот в чем дело! Получается, я уязвима для его прикосновений, а он – для полноценного благословения?
– Тогда как ему помочь, мама?!
– Уже никак, – с тоской прошептала госпожа Тейлара.
– Но я должна сделать хоть что-то!
– Оглянись, милая… Неужели ты не видишь? Уже слишком поздно! Смерть идет за нами!
Легонько сжав безвольную руку Таалу, я подняла голову и тревожно огляделась.
Тронный зал быстро пустел. Оцепившие пирамиду стражники медленно и уверенно оттесняли последних гостей к выходу, оставив на полу лишь четыре распростертых тела, вокруг которых расплывалась большая лужа крови.
Кем они были? Для чего решили поучаствовать в заговоре? Это стало уже неважным. Главное, что после смерти их души благополучно отправились в обитель бога-отца. Тогда как сила… их смертельно опасная, неуправляемая, высвобожденная раньше времени сила так и осталась висеть над трупами в виде четырех плотных сгустков, к которым из углов уже потянулись первые щупальца встрепенувшейся тьмы.
Раалу как-то сказал, что Смерть похожа на море. И, глядя сейчас на то, что происходило внизу, я вдруг подумала, что, когда мораны умирают, их сила, как и в случае отлучения, тоже стремится вернуться к источнику. Всего несколько минут назад таким источником был брат повелителя.
