— Вы говорили, что не дружите со своими соседями, но складывается впечатление, что я попала в гущу военных действий. Я права?
Коул хмыкнул.
— Нет, мэм. Можно ненавидеть соседей, не убивая их.
Вот и конец ее надеждам на скорый отъезд. Поскольку Коул не сказал ни слова о вражде, Тиффани не могла спросить напрямую, ведь Дженнифер ничего не знала о семейных распрях. Ладно, она попытается разузнать побольше, когда прибудет на место. Вряд ли кто нибудь удивится, что экономка проявляет интерес к людям, на которых работает.
Коул, во время разговора бросавший на нее взгляды, наконец заметил, что ей мешает солнце.
— Давайте поменяемся местами, — предложил он, остановив повозку. — Попробую организовать вам тенечек. — Он взял ее за руку и помог обойти вокруг него, не потеряв равновесия.
Его высокая фигура действительно немного заслонила солнце, но Коул этим не ограничился. Он снял свою широкополую шляпу и водрузил на голову Тиффани, прямо на шляпку, которая не давала шляпе Коула сползать ей на глаза.
Тиффани чуть не рассмеялась, представив, как она выглядит. Но шляпа действительно заслонила ее лицо от солнца, особенно когда она надела ее под нужным углом. Тиффани была более чем благодарна Коулу за его заботу и почувствовала чуть большее расположение к Каллаханам, по крайней мере к этому представителю семейства.
— Спасибо, — сказала она, одарив улыбкой, когда он тронул повозку с места. — Кстати, как вы узнали, что я приеду?
— Услышали, как трепался один из недовольных слуг Уорренов.
— Но как вы узнали, что я приеду сегодня? Ведь поезд прибыл на три дня раньше?
— Мы не знали. Нам надо было забрать на станции груз. — Он сделал жест в сторону задней части повозки. Обернувшись, Тиффани увидела пару ящиков, похожих на те, что разгрузили с поезда. — Там нам сказали, что поезд прибывает сегодня. Мы надеялись, что вы окажетесь в этом поезде, но не думали, что так повезет.
Ее отцу следовало тоже быть на станции, чтобы встретить ее, подумала Тиффани.
Но, очевидно, его не настолько волнует безопасность дочери, чтобы уточнить расписание поезда и выяснить, что она приедет раньше.
Она подавила вспышку обиды, вызванную этой мыслью, и поинтересовалась:
— Каким хозяйством мне предстоит заняться? Сколько у вас слуг?
— Две горничные. Возможно, этого недостаточно, но прислугу трудно найти в наших краях.
Тиффани не верила своим ушам.
