– Согласен и верю, что будешь рада, если вовеки не притронусь к тебе, – усмехнулся Тристан. – Но ты слишком соблазнительна, Беттина. Если я захочу поцеловать тебя, так и сделаю. Если захочу взять тебя – никто меня не остановит. Помнишь то, что я сказал мадам Верлен? Ты принадлежишь мне.
– Я хочу видеть мать, – прошипела Беттина.
– Как, в таком виде? – рассмеялся он. Беттина снова покраснела, но по-прежнему старалась взять себя в руки.
– Так ты развяжешь меня или нет?
– Думаю, да. Но только если согласишься на некоторые требования.
– Ну?
– Прекрати сопротивляться…
– Снова условия и торговля? Какой же ты мужчина, если не можешь укротить меня, Тристан? – издевательски усмехнулась она, обрадованная, что может отплатить ему. – Не то что Пьер!
– Значит, Пьер? – холодно спросил он. – Вы что, в таких близких отношениях после двух дней знакомства?
– Более чем, – ответила Беттина, отводя глаза.
– Что это значит?! – взорвался он и, подойдя к постели, повернул ее лицом к себе. – Отвечай!
– Сначала развяжи меня!
– Нет, сначала ты скажешь правду, черт возьми!
– Стоит ли? – медовым голоском пропела Беттина, удивившись, что упоминание имени графа может так обозлить Тристана.
– Я могу быть очень упрямой, Тристан. Хочешь знать насколько?
Отвернувшись, Тристан впечатал кулак в ладонь, бормоча проклятия. Неужели ревнует? Как он поведет себя, если солгать и сказать, что она была любовницей Пьера? Возможно, не захочет больше держать ее на острове и разрешит вернуться во Францию.
Вновь повернувшись, он грубыми рывками освободил Беттину и отступил, пока она растирала ноющие запястья и медленно заворачивалась в простыню.
Не услышав от нее ни слова, Тристан окончательно потерял терпение, но, всмотревшись, заметил глубокую бархатистую синеву глаз.
– Ты свободна: теперь отвечай на мой вопрос, – постарался спросить он как можно спокойнее.
– Какой вопрос? – невинно улыбнулась она.
– Если хочешь играть в эти игры, Беттина, вряд ли тебе понравятся мои. Что ты хотела сказать, когда упомянула, что была в интимных отношениях с Ламбером?
– Думаю, что выразилась достаточно ясно!
– Не увертывайся! – процедил Тристан.
– Он взял тебя силой?
– Ты не перестаешь удивлять меня, Тристан, – расхохоталась Беттина. – Пьер мой жених, и я уже говорила, что отдамся ему по доброй воле.
– Но только после свадьбы! Ожидаешь, что я поверю, будто ты добровольно легла в постель к мужчине чуть ли не в день первой встречи?
– Мне все равно, чему ты веришь, – ответила Беттина.
