Как ни в чём не бывало, Андрей забрал из рук Тани снеговую лопату, подцепил большой пласт снега, перенёс его на горку и звучно прихлопнул. Ещё пласт, и ещё — горка росла на глазах. Таня и Стася принялись таскать снег в ведрах.
— Всё, достаточно, решил мужчина. — Теперь надо водой поливать. Стоп, воду я сам принесу.
Стасе не терпелось опробовать горку, а Тане — узнать, что так задержало Андрея, и всё ли в порядке.
Залив сооружение, Волков объяснил Стасе, что надо подождать до завтра.
— Лёд хорошо схватится, и можно будет кататься, — говорил он.
— А, если сейчас поехать, то и попу намочишь, и горку развалишь.
— Я подожду, — вздохнула девочка.
— Домой беги, смотри, штаны у тебя колом стоят. И варежки мокрые. Простынешь! — Таня озабоченно осмотрела одежду ребёнка.
— Да, у тебя самой вся одежда колом стоит! — ахнул Андрей, взявшись за ее руки.
Снял варежки, растер ладони и пальцы, наклонился, отогревая их дыханием.
Таня замерла, а потом качнулась ему навстречу и, обмирая от страха, прижалась щекой к его непокрытой голове.
— Кто бы говорил, — тихо проговорила она, — сам, вообще, без шапки!
— Я на Аляске родился, и детство провёл, — также тихо ответил мужчина и, прижав её руки к своей груди, медленно поднял голову и выпрямился. — Нужен намного более сильный мороз, чтобы мне понадобилась шапка.
Таня попыталась отшатнуться, но её руки были в плену, даже на шаг отойти не получилось.
— Таня, — голос Андрея прервался.
Мучительно покраснев, Татьяна опустила голову.
— Ну, что ты? — мужчина притянул её ближе, легко дотронулся до подбородка, вынуждая посмотреть на него.
И прошептал:
— Ты — самая красивая, самая необыкновенная, самая желанная волчица. Если бы я осмелился…
Татьяна не могла отвести глаз — Волков смотрел так зовущее, так горячо, что она не выдержала.
Сморгнула, качнулась навстречу и прижалась к его груди.
— Таня! Танечка, — хриплый шепот, обжигающее дыхание, легкое прикосновение губ и тут же, громкое, — да ты совсем замерзла!
Андрей подхватил Татьяну на руки и бегом понёс в дом.
— Пусти, я же сама могу идти, — запротестовала женщина, но они уже были возле двери.
— Открывай, — попросил мужчина, — у меня руки заняты.
Таня потянула на себя дверь, и Волков внёс её в сени.
— Открывай, — теперь пришла очередь внутренней двери.
— Ты меня так и будешь на руках носить? — поинтересовалась Татьяна?
— Буду.
— И — как долго?
— Всю жизнь.
