Взгляд ее тут же потух.
– Лера… – негромко проговорила она.
Ядвига резко отвернулась, как полагаю, чтобы я не увидела смену ее настроения. Взяла в руки чайник и направилась к кулеру.
– Как она узнала? Наверное, это издевка…
– Мы ели такое суфле у вас дома, – решила подсказать я. – Мне очень понравилось! Да и вы говорили, что это ваше любимое…
Ядвига Станиславовна, слегка сутулясь, подошла к столу и поставила чайник. Тот уютно зашумел. Я все-таки села за стол и осторожно придвинула к Жабе коробку с суфле. Чайник, вскипев, щелкнул.
Ядвига поспешно разлила кипяток по чашкам и поставила передо мной коробочку с чайными пакетиками.
– Расскажу вам немного о предстоящем мероприятии, – встряхнувшись, проговорила она.
Мы принялись обсуждать будущую презентацию. Сама от себя не ожидая, я быстро включилась в процесс и принялась задавать вопросы. Взыграл спортивный азарт. Призовое место? Ха! Да мы возьмем первое! Воодушевленная, я сообщила о своих намерениях Ядвиге.
– Не думала, Валерия, что вы такая азартная, – удивленно проговорила женщина.
– Я и сама про себя такого не думала, Ядвига Станиславовна! – честно сказала я, уплетая за обе щеки суфле.
– В этом они с ней тоже похожи… – пролетел одинокий вертолет.
Вспомнив о той фотографии, которую видела в доме у Ядвиги, я начала жевать медленнее…
– Знаете, почему я люблю это суфле? – спросила вдруг у меня преподавательница.
Я растерянно пожала плечами.
– Почему же?
– Это было любимое суфле моей дочери, – тихо проговорила она. – Вы видели у меня дома ее фотографию…
Я быстро закивала:
– Мы похожи!
– Боже, это невероятно, – прошептала Ядвига.
В глазах ее уже задрожали слезы. Я растерянно отложила суфле…
– Ой, Ядвига Станиславовна! – пробормотала я, накрывая ладонью ее ладонь. Рука у нее была ледяной, но теперь мне бы и в голову не пришло сравнить Ядвигу с лягушкой.
– Все в порядке! – покачала она головой. – Иногда действительно кажется, что все уже позади, но бывают вот такие теплые моменты… Лера, как у вас дела с мамой?
Я замялась.
Тогда Ядвига смутилась.
– Простите, Журавлева, это не мое дело…
– Вообще-то не очень! – призналась я.
– Не держите в себе обиды, – сказала Ядвига Станиславовна. – Перед тем как случилась эта страшная авария… Мы с дочерью повздорили. Да и вообще стали реже общаться. Вы не представляете, каково это – восемнадцать лет жить с дырой вместо сердца. Не держите в себе обиды, Лера, – повторила Ядвига. – Мама вас любит.
Я еще раз ободряюще сжала ладонь Ядвиги.
