Тот не ожидал такого нападения и на мгновение растерялся. Клаус воспользовался его замешательством и укусил Захара за ухо.
– Ах ты, подлый Тайсон! – взвыл от боли Захар и попытался скинуть с себя это кусачее существо. Существо брыкалось, повизгивало и царапалось. Так драться Захар не привык и отступил на шаг.
– Скэтина! – прокричал Клаус Захару, устремляясь к бугру.
– Я тебе! – пообещал Захар и крепко выругался.
– Жуть какая, – прошептала Катерина, наблюдавшая на сцену драки. – Бедный Клаус, он совсем драться не умеет! Такая интеллигентная, научная натура, археолог, одним словом.
Он же привык общаться с мумиями, а тут живое воплощение бога войны.
– Бедный Захар, – зашептала Анюта. – Немец использовал запрещенный прием. Мог бы ответить ему кулаком в бровь или в пах. Катерина, всегда бей только в пах, мужики этого не переносят…
– Куда это пошел?! – испуганно поинтересовалась Катерина, заметив, что Захар, недолго думая, направился к бугру.
– Добивать фашиста, – довольно улыбнулась Анюта. – А нечего ему запрещенными приемами кусать нормальных людей, которые пришли тебе морду набить.
– Этого нельзя допустить, – прошептала Катерина и неожиданно закричала: – Захар! Захар! – после чего мгновенно скрылась в зарослях малины.
– Прифигеть, – почесал тот затылок, останавливаясь и оглядываясь по сторонам. – Она мне уже начинает мерещиться. Катерина! Кэт! Чтоб тебя!
Катерина замерла, ей не хотелось, чтобы тот ее обнаружил, тем более в таком интересном месте – у дыры, которая служила ей экраном.
То, что Захар не только крут, а еще и скор на расправу, она смогла сегодня убедиться полностью. Не хватает только, чтобы из-за нее пострадали иностранные граждане. Мало ли что, вдруг это приведет к обострению отношений между странами или, что еще хуже, к очередной холодной войне? А ей так нравилась оттепель! И Клаус очень даже ничего, вполне приличный немец. Ей всегда хотелось видеть рядом с собой этакого интеллигента с чуткой и ранимой душой. Катерина думала, что только такой человек сумеет ее по-настоящему понять.
Захар теперь ей казался исчадием ада, вырвавшимся оттуда только для того, чтобы испортить Катерине жизнь. Его мужская привлекательность ее больше не прельщала. Тянуть к будущему преступнику, который, если так пойдет и дальше, непременно кого-нибудь убьет, перестало. Катерина задумалась, как она станет объяснять Захару то, что совершенно в нем не нуждается. При этих мыслях она непроизвольно схватилась за свой правый глаз.
