Любовь в никогдабре

А она вдруг повернулась ко мне, плюхнулась на ближайшую табуретку, взяла за руку и спросила, заглядывая в глаза:

— Ты вспомнила, да?

«Так-так… всё не так просто!» — мысленно закатила глаза я.

— Что вспомнила, мам?

— Ну как же? — всплеснула руками она. — Ты же только что спросила… Или не вспомнила? Да брось, доченька, это я глупость сморозила, не обращай внимания!

Это как это? Это что ж это? Это от моего вопроса попытались отмахнуться?

— Сказала «а», говори и «б»! — посмотрела я на нее угрюмо. — Мам, меня удочерили?

— Эх, что уж теперь… — протянула она сдавленным голосом.

Одно дело догадываться, другое — знать. Я словно приросла к стулу. Возникло такое чувство, словно из меня вынули душу, осталась одна пустота, которая, впрочем, довольно скоро сменилась едкой всепоглощающей болью.

Мама тем временем завела рассказ.

Скрывать не планировали, да только так вышло.

Оказалось, моя биологическая мать действительно умерла при родах, а до семи лет я прожила с бабушкой, с которой случилось страшное несчастье: она погибла в пожаре.

Но до того как погибнуть, мудрая женщина успела подружиться с соседями, моими теперешними родителями. Они меня сразу полюбили, у нас будто возникла связь на ментальном уровне.

Бабушке не пришлось их долго уговаривать, чтобы, если что с ней случится, взяли надо мной опеку. Она будто предвидела свой скорый конец, не иначе. Передала им тайком неприлично крупную сумму денег, чтобы хорошо обо мне заботились, чтобы чаще переезжали, поскольку когда-то за бабушкой охотились бандиты, и она боялась, что те будут охотиться и за внучкой.

Правда, никаких признаков охоты мама с папой не увидели, но наказ исполняли.

— Так вот отчего мы всё время жили в разъездах! — охнула я громко.

Мама кивнула, продолжила рассказ:

— Ты не думай, мы тебя и без всяких денег взяли бы, а выданные твоей бабушкой средства потихоньку разошлись. Последнюю крупную сумму мы вложили в тебя, оплатили обучение, — заявила мама. — Мы давно хотели детей, а тут ты, подарок судьбы.

При удочерении, оказывается, сменили имя, чтобы замести следы, — тоже наказ бабушки. И раньше меня действительно звали Мариной. Более того, удочерили не сразу, а через какое-то время — почти полгода прятали у родни в другом городе, придумали целую историю, чтобы никто не связал «найденную девочку» с Мариной. В общем, я не запомнила деталей, да и вряд ли они теперь важны.