Вот только мы сидели на диване, но вот уже я лежу на спине с расстёгнутой блузкой, пока Амир облизывает, посасывает и покусывает мои соски, планомерно орудуя пальцами у меня между ног. Выгибаюсь и с ужасом понимаю, что я скоро кончу.
Прямо здесь и прямо сейчас.
Просто оттого, что он трогает меня там. И делает это так, как никогда не делал Шахов.
Муж просто брал меня, грубо, нахраписто, не заостряя внимания предварительных ласках. А сейчас я понимала, что меня несёт куда-то не туда, но не могла остановиться, потому что мне было слишком прекрасно.
И я наконец-то на полную катушку чувствовала себя женщиной. Нужной. Желанной. Самой-самой!
Волна ослепительного кайфа накрыла меня и ударила между ног, швыряя моё сознание из эйфории в стыд и обратно. Но я не могла пошевелиться и сказать Амиру «стоп».
Даже тогда, когда он стянул с меня трусики и окончательно задрал юбку до пупа. Даже тогда, когда расстегнул свою ширинку и торопливо приспустил брюки вместе с нижним бельём, оголяя длинный, подрагивающий, с капелькой смазки на разбухшей красной головке, член.
Даже тогда, когда он в одно движение и до упора вошёл в меня и принялся трахать, с каждым толчком ударяя головкой по задней стенке моего перевозбуждённого влагалища.
Я только лишь стонала в голос и выгибалась, позволяя загонять в себя член всё глубже и глубже.
Вот так, с приспущенным на груди бюстгальтером и задранной юбкой.
И я снова улетала в рай под ним, прикусывая кулак, чтобы не кричать во всё горло.
Когда же всё закончилось и Амир излился в меня, я расплакалась.
Горько. Навзрыд. Потому что чувствовала себя грязной, слабой на передок бесстыдницей и использованной дешёвкой. Но парень лишь заставил меня выпить залпом ещё один полный бокал шампанского, а затем повёл в свою спальню. Там он окончательно раздел меня и снова трахнул.
А потом ещё раз, когда повёл мыться в душ.
Наверное, не стоит говорить, что после такого секс-марафона, я отрубилась ещё до того, как моя голова коснулась подушки.
А когда проснулась, то пришла в ужас оттого, что сотворила.
Я лежала в постели некогда лучшего друга и не могла поверить в то, что так низко пала. Он брал меня трижды, а я даже возразить ему была не в силах. Будто бы на меня наложили обет молчания. И я могла только стонать и поскуливать под ним, закатывая глаза от эйфории.
Позорище!
Но только сейчас я позволила себе детально рассмотреть Амира со стороны. Не как его лучший друг. А как женщина, которая провела с ним ночь. Смуглый.
