— Вы мне не рады? — ответил я вопросом на вопрос, и мужчина тут же приглашающе махнул мне, давая понять, чтобы я шёл за ним.
— Ну что ты такое говоришь? Двери моего дома всегда открыты для тебя, сынок. Голодный?
— Не до пищи.
— Даже так? — глянул на меня хозяин дома, и я кивнул со всей серьёзностью, прожигая его взглядом.
— Да, — коротко рубанул я, и меня понимают без дополнительных уточнений.
— Пройдём в кабинет?
— Я не украду у вас много времени.
— Что ж, хорошо.
И мужчина сменил направление, устремляясь вглубь дома, где располагалась угрюмая, обитая красным деревом комната, пропахшая сигарами и старыми книгами.
Мы прошли внутрь и уселись на двух низких диванчиках, стоящих напротив друг друга.
— Кофе? Чай? И дальше по списку, — всё ещё пытался быть любезными мой оппонент, но я отрицательно качнул головой.
— Спасибо, но я воздержусь. Лучше сразу перейду к цели своего визита, — откинулся я на мягкую спинку и намеренно принял расслабленный, уверенный в себе вид, хотя внутри весь пульсировал от едва сдерживаемого беспокойства.
Ведь передо мной сидел далеко не дурак. И у него на руках было намного больше козырей, чем у меня.
— Итак, я весь внимание, Данил, — и тонкие губы мужчины растянулись в скупой, но располагающей улыбке.
— Что ж, Алим Бурханович, — выдержал я нужную мне паузу, — мне, безусловно, очень жаль, но я вынужден сообщить вам, что инициирую развод с вашей дочерью.
Точка.
Молчание.
Секунды нервно дрожат между нами. Рвутся.
Улыбка на лице Ильясова становится ещё шире, но я был готов к такой реакции.
И знал, что именно скрывается за ней. Паника. Злость. Жадность.
— Мальчик мой, — доверительно наклонился ко мне мужчина, — что натворила моя непутёвая дочь? Поговори со мной, мы же одна семья, всё можно решить.
— Я уже решил, — безэмоционально выговариваю я, лишая его шанса зацепить меня, но, увы.
— Ты рубишь сплеча, Данил, и вообще…
— Мне нужно повторить дважды? — ещё раз делаю я попытку пресечь дальнейшую ненужную мне полемику, но Ильясов — хитрый лис и не намерен так легко сдаваться.
И я решаю немного отпустить ситуацию, потому что понимаю, что сейчас мне это только на руку. Согласись, он со мной сразу — и я проиграл.
— Женщины создания не всегда благодарные, Данил. Импульсивные. Местами неудобные. И, безусловно, надоедливые. Но это ведь не значит, что нужно рвать годами выстраиваемые договорённости, дабы просто насолить супруге.
— Я не пытаюсь никому насолить, Алим Бурханович. Я пытаюсь развестись.
— Полно тебе, сынок.
