Я закатываю глаза и всё-таки снисхожу до объяснений, понимая, что парень тупо стрессанул от моего внезапного появления и допроса с пристрастием, а теперь нещадно тупит.
— Женщина твоя отжигать удумала. И сейчас мне нужна помощь, чтобы привести её в чувство, — и на этом моменте Амир буквально кинулся вглубь квартиры, на ходу скидывая с себя тёмно-синие домашние бермуды и модную майку-алкоголичку с каким-то безумным салатовым принтом.
Я же без приглашения зашёл следом за ним и тут же упёрся взглядом во флакончик женских духов, стоящих на этажерке.
Снял колпачок, понюхал, содрогнулся — это был слишком навязчивый и тяжёлый, но знакомый мне до боли восточный аромат Айзы.
Заглянул в шкаф — женские домашние тапочки, длинное кашемировое пальто, корзинка, набитая косметикой.
Бинго, чёрт возьми!
— Как ты догадался, что мы…? — появился полностью одетый Амир и я кивнул на его руки.
— До сих пор кулаки сжимаешь. Но я тебе не враг.
— И не друг.
— Это ты зря, — покачал я головой.
И мы вместе вышли за порог.
А спустя минут пять уже оба двигались в сторону моего дома. Я впереди, Амир позади, плавно маневрируя на своём спортивном «Корвете». И пока мы сжирали километр за километром, приближаясь к нашей цели, я прокручивал в голове только одну-единственную мантру:
«Пусть всё получится. Пожалуйста!».
Данил
Оба паркуемся во дворе и синхронно выходим из тачек. Честно? Я на измене и прекрасно понимаю, что облажаться сейчас не могу, но есть один существенный затык — от меня уже ничего не зависит.
И только стоящий напротив меня парень, сам того не осознавая, является единственным моим проводником в мир без забот. Вот только Амир тоже на нехилом таком нервяке, и это видно невооружённым взглядом.
— Соберись, тряпка, — шутливо бью я его по плечу и ободряюще улыбаюсь.
— Что мне там ждать? — кивает он в сторону дома и хмурится.
— Не могу сказать, Амир. Не в обиду, но ты должен сам от неё всё услышать.
— А ещё в друзья набивался, — бурчит парень и я улыбаюсь, понимая абсолютно чётко, что Бахтияров не размазня и шансы на успех стремительно растут вверх.
— Идём, — делаю я шаг к дому, но Амир стопорит меня, а затем выдаёт, ввинчиваясь в меня взглядом так, что я тут же понимаю — ему важно, чтобы его услышали.
— Данил, я воспользовался ситуацией. И да, то, как я поступил, чести мне не делает. Но если можно было отмотать время вспять, то я бы не стал переигрывать. И ещё — я ни о чём не жалею.
