Улетаю!
— Даня… а-а-а…
— Моя…
Чувствую, как с каждой секундой он становится всё твёрже и твёрже. Живая, горячая сталь и она таранит меня всё жёстче и слаще. Одновременно содрогаемся. Стонем.
И снова взрываемся. Но теперь уже вместе.
Вместе…
Улыбаюсь от счастья и сытости. Мир, разукрашенный фейерверками, постепенно гаснет. Мне так хорошо, так тепло и спокойно…
— Лера, — мои губы настойчиво целуют, — не спи.
— М-м?
— Девочка моя, — поднимает на руки и куда-то несёт, — родная…
— М-хм…
— Люблю тебя.
— Да… и я тебя.
— Хочу тебя…
— Ой…
— Ладно, сейчас тоже захочешь.
И да, не соврал. Я захотела. В душе, под тёплыми каплями. И после ещё раз в постели, где меня отлюбили так, что я забыла собственное имя.
И только много после, когда я заплетающимся языком бесконечно шептала имя своего любимого мужчины, улетая в последний раз в состояние абсолютного блаженства, мне позволили закрыть глаза и уснуть.
Уснуть в самых тёплых объятиях на свете. Обнявшись крепко-крепко, переплетясь ногами и руками в невообразимый клубок.
И вдыхая самый умопомрачительный аромат бергамота, кедра, ванили и моего мужчины. Так пах только он. Только он один…
А утром я проснулась. И первое, что увидела, была бесконечная чернота прекрасных омутов глаз Данила. Внутренности окатило волна тепла, счастья и любви. А сердце забилось уверенно и сильно.
Потому что теперь я знала — мои чувства взаимны.
— Доброе утро, любимая.
— Доброе…
— Ну что, поедем за котом и твоими вещами или немного забьём на все дела и снова обожрёмся сладким?
— Дурак! — рассмеялась я, а Данил только притянул меня к себе ближе и впился в мои губы крышесносным поцелуем.
Обожрёмся, пожалуй, да!
Глава 67 – Американские горки
Лера
— С кем переписываешься?
— А-а? — голос Данила вырывает меня из астрала собственных мыслей. Он только вернулся домой, разделся, прошёл в гостиную, беспардонно выдернул меня со стула и завалил нас обоих на диван, сразу же задирая на мне домашнюю майку и целуя в пупок.
— С любовником? — игриво приподнимает брови и хохочет, а я зависаю.
Нет, правда, Шахов в порыве веселья — это отдельный вид искусства, выданный мне для любования на эксклюзивной основе.
— С твоей сестрой, — качаю я головой.
— Оу.
— Оказывается, они с Ромой тоже собираются лететь встречать Новый год на моря-океаны.
— Ничоси…"
"— Ага, — приветствую его губы и охаю, когда прохладные пальцы обжигают нежную кожу груди, — и, представь себе, Соня тоже не знает конечный пункт назначения.
