Какое странное ощущение возникает, когда приходишь в эту обитель скорби, как будто время останавливается, и какой-то вселенский покой окутывает все существо. Покой и грусть, порой невыносимая, сильная, заставляющая сжиматься сердце и слезам выливаться из глаз бесконечным потоком. Место раскаяния, место, где ты полностью теряешь свой панцирь, маски и становишься самим собой перед знаками вечности, перед всеобщей колыбелью, затаившейся в ожидании тебя… и ты непременно в нее попадешь. Вопрос лишь — когда.
— В следующий раз, когда я сюда приеду, у тебя будет стоять памятник, мама, клянусь тебе.
Положила на могилу ее любимые тюльпаны, несколько конфет, печенек и пряников. Вспомнилось, как мама давала мне эти самые конфеты тайком от отчима.
В гостиницу я вернулась поздно вечером. Провела на кладбище почти весь день. Рассказывала маме о нем. О своих мечтах. О том, каким бы я хотела его видеть, и как сама родила бы от него ребенка.
В номере меня ждал ужин и расстеленная постель. Я легла перед телевизором, клацая каналами, пока вдруг не попала на шоу «прямой эфир со звездами».
Хотела переключить, но рука замерла, и я вздернулась, всматриваясь в экран — напротив телеведущей сидела жена Айсберга во всей красе. На ней демонстративно узкое платье, подчеркивающее ее положение, волосы распущены по плечам, и она придерживает живот одной рукой.
И нет ничего больнее этой картины, нет ничего ужаснее, чем видеть прямое доказательство того, что ОН с ней спит, и не просто спит, а делает ей детей. Тогда как со мной тщательно следит за приемом таблеток и, если вдруг забыла принять, надевает резинку или не кончает внутри.
Потому что я для траха, а она для любви.
— Людмила Филипповна, расскажите, как вы познакомились с Петром Ростиславовичем? Это случайная встреча, это любовь с первого взгляда?
— Это любовь всей моей жизни.
Сказала и улыбнулась на весь экран. Камера выгодно выхватила ее лицо сверху так, что сглаживались любые недостатки, а волосы волнами лежали на покатых плечах.
— Мы полюбили друг друга еще будучи детьми.
В первом классе. Я увидела его и дома сказала маме: «А Батурин, когда вырастет, женится на мне».
— Так и сказали?
Ведущая смеется, зал хлопает, а я, тяжело дыша, стискиваю руки в кулаки и от боли начинаю задыхаться.
— Так и сказала.
— И как получилось, что ваши слова стали пророческими?
— В девятом классе мы стали встречаться, в девятнадцать я…я забеременела. Петя был в армии. Но он приехал в отпуск, и мы сразу поженились.
