В хронике того времени читаем: «Лестад в 1850 году законом монастырского пансиона в Тулузе приговорен к пожизненной каторге за изнасилование и убийство несовершеннолетней служанки. Начальница одной школы — монахиня уличена в наказании детей посредством сажания их на раскаленные плиты. Две монахини-учительницы в департаменте Аллье в наказание заставляли детей лизать раскаленное железо». Похоть и садизм в паре всегда ходят. Верховные чины духовенства не лучший пример подавали. О папе Иоанне XXIII ходили слухи, что он обесчестил до 200 жен, вдов и девушек, а также многих монахинь.
А Бонифаций VIII сделал двух племянниц своими любовницами. Александр VI устраивал ночные балы, где царила полная разнузданность и участвовали знатные дамы. Папа Пий III имел от разных метресс не менее 12 сыновей и дочерей. Красивейшие куртизанки Италии нигде не были такими частыми гостями, как на папском дворе. Самые знаменитые папы эпохи Ренессанса страдали сифилисом. У Юлия II на всем теле не было места без «признаков разврата».
Он никого не мог допустить до поцелуя ноги, так как нога его была разъедена сифилисом.
А знаете историю беременного Папы Римского? Да, да, вы не ослышались, дорогой читатель, Папа Римский забеременел самым что ни на есть человеческим, а не чудотворным способом от одного влюбленного кардинала, который из-за собственных интересов молчал, конечно, что Папа — самая что ни на есть женщина, из кости и крови и из адамова ребра сотворенная. Хитрая бестия, эта немка Гильберта — Иоанна была.
То ли равноправие женщин, так сказать, эмансипацию, на шестнадцать веков раньше, чем следовало, хотела учредить, то ли собственное честолюбие удовлетворить, то ли возможности свои актерские продемонстрировать, только, переодевшись в мужское платье, уселась она на папский престол самым законным выборным образом и сидела на нем целых два года, пять месяцев и четыре дня! А как же, летописцы все точно подсчитали!"
"Наверно, долго еще правила бы эта Иоанна, мороча голову одним кардиналам, любя других и подставляя туфлю для поцелуя всем верноподданным.
Судьба распорядилась так, что раньше времени в неподходящем для этой цели месте бременем разрешилась. И прямо стыд-то какой — в Риме, во время крестного хода, в гуще толпы молящихся, конечно, к их вящему ужасу. Конфуз, конечно, преогромный, на века. Но под инквизицию эта незадачливая папесса не попала, не успели святейшие свою оплошность исправить, вскоре после родов незадачливый Папа умер.
