Своими ямочками на щеках, этим притягивающим, как магнит, взглядом по-детски голубых глаз, изучающим меня с головы до ног, как будто он сейчас решает, какую часть моего тела полизать или откусить в первую очередь, когда снимет с меня белое льняное платье…
– Вы уже поели? – спросил он меня своим глубоким хрипловатым голосом.
Я молча кивнула. Он кивнул в ответ и спросил все тем же чувственным и интимным тоном, предназначенным для меня одной:
– Ты придешь спать позже?
Я снова кивнула.
Он кивнул в ответ, и глаза его при этом блестели от возбуждения, затем он лениво помахал рукой Мел.
– Пока, Мелани.
– Пока, Ремингтон.
Дверь за ним закрылась чуть не минуту назад, а я все еще не отдышалась.
– Брук, этот парень влюблен в тебя. Глядя на тебя, даже у меня в животе появились бабочки, да что там бабочки – целые летучие мыши.
Да уж, эти мыши, о которых она говорила, тоже взбунтовались у меня внутри, и клянусь, ничто не могло их успокоить.
– Это может быть все что угодно, – возразила я, хотя всеми силами своей души надеялась, что Мел права, надеялась как сумасшедшая.
– Это может быть просто страсть. Или одержимость.
– Это любовь, глупая. Зачем бы еще он пригласил меня сюда, если не для того, чтобы сделать тебя счастливой, бестолочь! Так ты собираешься сказать ему о своих чувствах?
От одной этой мысли у меня свело внутренности.
– Не могу, – отчаянно помотала я головой. – Пока не могу.
– А раньше ты всегда любила быть первой, мисс олимпийская чемпионка, – напомнила Мелани.
– Это совсем другое дело.
Я просто не уверена в том, что он скажет в ответ.
Я мысленно вернулась к случаям, когда проявлялось биполярное расстройство Реми, и подумала, что больше всего меня волнует, может ли он по-разному относиться ко мне в своих разных состояниях. Вдруг он меня оттолкнет, когда я скажу, что люблю его? А ведь я хочу только одного – быть ближе к нему…
– Брук, он явно влюблен в тебя, так что, конечно же, скажет об этом! – Зеленые глаза Мел сверкали от возбуждения."
"Надежда и страх воевали в моем сердце, но я все-таки не думала, что у меня хватит смелости рискнуть тем, что у нас уже было.
– Я не уверена, что он… способен так же любить меня, как я его. Он совсем другой, Мел.
Жаль, что я не могла сказать Мелани правду я во что бы то ни стало решила сохранить его тайну, даже если это убьет меня. Как хорошо я теперь понимала слова песни «Айрис» и желание быть понятым. Он хотел, чтобы я узнала, какой он. Но только я, а не Мелани. И уж точно не весь мир.
