Поэтому я больше не стану ни во что ее посвящать.
– Брук, ну конечно, он другой, он – Ремингтон Тейт. Скажи ему все, Бруки! Ну что ты теряешь? – начала поддразнивать она меня.
Я занервничала от неловкости.
– Его. Я могу потерять его. Он может оттолкнуть меня. Он может… потерять ко мне интерес и увлечься кем-нибудь другим. Не знаю! Я понимаю только, что он слишком важен для меня, и не хочу все сломать.
Я так и не оправилась полностью, когда кое-что разбила однажды – и это был худший опыт в моей жизни, хотя речь идет всего лишь о колене.
Мысль о том, что на этот раз может разбиться вдребезги мое сердце, пугала меня до чертиков. Я застонала и спрятала лицо в ладонях. По крайней мере, если я ничего не скажу ему о своей любви, у нас с ним все еще останутся эти чудесные, странные, захватывающие отношения, когда я могу молча любить его и воображать, что он тоже любит меня, молча.
– Я хочу дождаться, чтобы он сказал мне об этом первым, – жалобным тоном сказала я подруге. Она тут же возмутилась.
– Черт! Бедный маленький цыпленочек.
– Она поднялась и подошла ко мне, чтобы шутливо шлепнуть меня по одной, потом по другой щеке, а затем уже без шуток чмокнула меня в лоб. – Ладно, пока ты будешь трахаться со своим прекрасным принцем и жить с ним долго и счастливо, я, пожалуй, воспользуюсь своими презервативами. Или могу пойти поохотиться на Райли и Пита и посмотреть, сможет ли кто-нибудь из них пригласить меня в какое-нибудь приличное заведение. Увидимся завтра? С тебя подробный отчет.
Я крепко прижала ее к себе, а потом вытолкала за дверь и шлепнула по заднице на прощание.
Чувствуя, как внутри меня раскручиваются шелковистые ленты желания, я босиком направилась в большую спальню. Там было пусто, но в ванной шумела вода, и новая волна возбуждения захлестнула меня при мысли, что я могу прокрасться прямо к нему в душ.
Желание переполняло меня, когда я тихо закрыла за собой дверь и увидела, как Реми намыливает голову в стеклянной душевой кабинке. Предвкушение сладко щекотало мне низ живота, когда я раздевалась.
Я никогда еще не вела себя так бесстыдно ни с одним мужчиной, но это был мой мужчина.
Мой единственный мужчина. Он полностью обнажен, невероятно сексуален, и я тосковала по нему весь день как сумасшедшая.
Я открыла дверь душа и шагнула внутрь, прижавшись обнаженной грудью к его спине, к его гладкой коже и большим твердым мышцам, сразу же напрягшимся, когда я обняла его за талию. Он повернулся и, шумно выдохнув, крепко обнял меня.
