Буря? Дети? Неудачники? Кто или что такое этот Пенниуайз? Но главное, куда подевалась водонапорная башня, которая, судя по воспоминаниям Джоунси, должна здесь стоять?
Наконец он поднялся, прохромал к грузовику, сел и включил обогреватель. Под струями теплого воздуха Джоунси начало трясти. Но мистер Грей уже торчал под запертой дверью, требуя объяснений.
– Почему вы так сердитесь? – мягко осведомился Джоунси, улыбаясь. Интересно, может мистер Грей почувствовать его улыбку? – Вы что же, ожидали от меня помощи? Бросьте, приятель, подробности мне неизвестны, разумеется, но примерный план я себе представляю: еще двадцать лет, и вся планета превратится в большой раскаленный шар.
Никакой озоновой дыры и никаких, естественно, людей.
– Нечего тут умничать! Он еще будет мне лекции читать!
Джоунси мужественно подавил искушение довести мистера Грея до очередного истерического припадка. Он не верил, что непрошеный гость способен взломать дверь, даже в приступе бешенства, но зачем зря рисковать? Кроме того, Джоунси был эмоционально и физически истощен: нервы натянуты, как струны, а во рту противный привкус меди.
– Каким образом она исчезла? – Мистер Грей по недавно обретенной привычке стукнул кулаком по рулевому колесу. Клаксон отозвался жалобным воплем. Лэд, бордер-колли, поднял голову и уставился на человека за рулем большими тревожными глазами. – Ты не мог солгать! У меня твои воспоминания!
– Ну… кое-что я приберег. Помнишь?
– Что именно? Скажи!
– С чего это вдруг? А что ты дашь взамен?
Мистер Грей молчал.
Джоунси ощущал, как тот перебирает различные файлы. Внезапно из-под двери и в вентиляцию начали просачиваться запахи. Его любимые: попкорн, кофе, густая рыбная похлебка, которую варила мать. Желудок немедленно взбунтовался, прося еды.
– Конечно, я не могу обещать тебе материнскую похлебку, – сказал мистер Грей, – но накормлю, пожалуй. Ты ведь голоден, так?"
"– Еще бы! Ты не даешь отдыха моему телу, безжалостно растрачиваешь мои эмоции и хочешь, чтобы я ко всему прочему обходился без пищи?
– К югу отсюда есть такое местечко, «Дайзерт».
Если верить тебе, оно открыто двадцать четыре часа в сутки, то есть, по-вашему, постоянно. Или ты и тут соврал?
– Я вообще не лгал, – отозвался Джоунси. – Ты сам сказал, что это невозможно. У тебя в руках все кнопки, ты завладел банком памяти, получил все, кроме того, что заперто здесь.
– Где здесь? Как может существовать это самое здесь?
– Понятия не имею, – честно ответил Джоунси.
