Ловушка для дураков

Его изумлению не было предела. Жаль, не в его вкусе эта малышка, а то бы…

Всем девчонка хороша, одно плохо: наотрез отказывается выходить на улицу.

— Я здесь ночую не каждый раз, меня по два-три дня дома не бывает, и не могу я постоянно думать о том, что ты есть-пить будешь. Не обязан. Чего проще, взяла авоську, спустилась в магазин. Рядом все.

Людка замотала головой.

Вадим, увидев, как она вся задрожала от этих слов, как задергались у нее губы, плюнул.

— Учти, у меня жизнь беспокойная, — в сердцах бросил он, — не жрамши насидишься.

Странное дело, с тех пор, как появилась эта девчонка, в его жизни что-то незаметно изменилось. У него не было сестры, такие родственные чувства ему были незнакомы, но к ней он относился, как брат, как сильный, умеющий постоять за себя человек, к слабому, которого обидели. Он и помыслить не мог о том, чтобы залезть к ней в постель, пользуясь положением хозяина.

У Людмилы было потрясающее чувство такта: она ни к чему не притрагивалась, не спросив разрешения.

Вадим удивлялся.

Обычно стоило пустить бабу в дом, как она тут же начинает все прибирать к рукам и диктовать свои условия. С этим он сталкивался не раз. Здесь был другой случай.

Лишь однажды Людка поступила, не спросив его. Наткнулась в ящике шкафа на спицы и клубок с нитками и связала ему носки.

— Ну ты даешь, — открыл рот Вадим.

— Шерсть старая, моль уже жрать начала, — просто пояснила Людка.

— Вязать тоже бабушка научила?

Тяжелый случай! Все подруги Вадима, а было их у него немало, потому что парень он видный и щедрый, только говорили о том, какие они замечательные хозяйки и все на свете делать умеют.

Одна даже клубок с нитками к нему завезла, надеясь поселиться здесь надолго. Вадим не привязывался всерьез ни к кому. Женщины менялись, как дни в календаре. В памяти остались одни претензии и истерики.

Людка вела себя по-другому.

После этого Вадим, закупая в супермаркете продукты, прихватил упаковку с пушистыми мотками ниток. Пусть вяжет, если нравится.

— Молодой человек, спицы для вязания не забудьте купить, подсказала услужливая продавщица.

Вадим, чертыхаясь, приобрел и спицы. Интересно, кого он сейчас из себя изображает? Его лицо скривила усмешка.

Людка, прижав к груди роскошную пряжу, беззвучно заплакала от благодарности.

— Мы с бабушкой всегда старые вещи распускали. Денег было немного, жили на одну ее пенсию.

— А мать с отцом у тебя живы?

— Да. — Ее глаза наполнились слезами.

— Ну ладно, не приятно, не буду спрашивать, захочешь, сама расскажешь.