Ловушка для дураков

К каждому подход индивидуальный нужен. Так что решил, — подвел итог Артем, — со мной будешь или?..

И Юрий Петрович решился. Чего раздумывать, если все так складывается? Рано ему в старика превращаться, не жить, а доживать свой век на нищенскую зарплату госслужащего. Он тоже хочет отщипнуть кусок от сладкого пирога. Яковлев понимал, что, приняв предложение Артема, он на всю оставшуюся жизнь свяжет себя с вором в законе, и обратного пути ему не будет. Властный тон Беглова не остановил его. Единственное условие — надо безоговорочно слушаться хозяина.

После того, как Яковлев дал согласие работать на Беглова, дело завертелось. Ему было уже приготовлено место в команде.

Яковлев стал считаться официальным владельцем фешенебельного казино «Белый жасмин» с дорогим рестораном и варьете, где еще не всякого гостя принимали. Кроме «Белого жасмина» к империи Беглова относились: казино «Подкова», «Золотое казино», целая сеть ресторанов, способных удовлетворить любым, самым изощренным вкусам, несколько гостиниц с различными видами услуг, основная часть которых была обозначена в лицензии.

Артему за довольно короткий срок удалось создать целую индустрию развлечений и отдыха. Конкурентов он выдавливал из дела, а если надо, безжалостно уничтожал. В его империи обязанности разделялись четко и еще более четко выполнялись.

— За все в этой жизни надо платить, — любил говорить он. — Кто не платит, тот долго не живет.

Сейчас, приехав в «Белый жасмин», Артем неторопливо шагал за Юрием Петровичем.

— Через зал пойдем? — с готовностью спросил Яковлев, пытаясь угадать желание хозяина.

Юрий Петрович с тех пор, как Артем взял его в дело, не решался говорить ему «ты», как было раньше. Такая неясность ставила его порой в затруднительное положение.

Артем сам разрешил эту неловкость.

— Ты эти свои интеллигентские закидоны брось. Мы с тобой кореша, и нечего передо мной мутотень разводить: «ты», «вы»… Я этого не люблю, а если что не так, сам подскажу, понял, Петрович?

Тот согласно кивнул, в очередной раз оценив проницательность Артема, которая проявлялась даже в таких мелочах.

Вадим и Гребень, сопровождавшие хозяина, прошли в общий зал.

— Ты пока иди, — сказал он Юрию Петровичу. — Я к тебе сам поднимусь.