И ее смех, и каждое слово, произнесенное из чувства зависти и злобы, заставляли ее теперь по-новому взглянуть на те вопросы, которых она старалась избегать.
Я должна убираться отсюда, подумала она, доведенная до отчаяния мучительной болью. Когда она вернулась на свое место, музыка прекратилась, и она уже собиралась извиниться перед подругами, схватить сумку и бежать, как вдруг почувствовала, что кто-то тронул ее за плечо.
Она повернулась и, увидев у себя за спиной Моргана, едва удержалась от искушения плеснуть ему в лицо остатками минеральной воды.
Вместо этого она холодно улыбнулась. Ощущая, как ее охватывает паника и растет гнев, она изо всей силы сжала руки, лежавшие на коленях.
Джеки и Каролина уставились во все глаза на Моргана, затем нервно посмотрели друг на друга. Грейси стало жаль их. Как и все сотрудники компании, они жили в вечном страхе перед ним. Смущаясь и скованно улыбаясь, они начали натянуто о чем-то говорить с ним, он также сказал несколько ничего не значащих слов, которые Грейси пропустила мимо ушей.
Она ничего не соображала, перед ее глазами все еще стояли Алике и Морган в объятиях друг друга с переплетенными, как будто склеившимися телами. Она была оглушена злонамеренными высказываниями, слетевшими с языка Алике.
Она почувствовала, как он слегка наклоняется к ней, и все существо ее восстало, желая избавиться от него.
Когда он наклонился и сказал ровным и четким голосом, что хочет потанцевать с ней, Грейси сжала зубы, чтобы не ответить ему грубостью.
– Я уже собралась уходить, – сказала она сухо, гневно взглянув на Джеки и Каролину, когда те с удивлением посмотрели на нее.
– После того, как мы потанцуем, – жестко сказал Морган.
– Это приказ? – холодно спросила Грейси, повернув лицо в его сторону и говоря так, чтобы не быть услышанной подругами.
– Да.
– Мы сейчас не в кабинете, сами понимаете, – процедила Грейси сквозь зубы. Она встала и гневно посмотрела на него, нетерпеливым движением отбросив волосы с лица.
Ее тело было холодно как лед, и каждое движение стоило ей больших усилий воли. Ей хотелось разрыдаться и бить его изо всей силы кулаками по груди, разбив при этом что-нибудь в придачу – вот что он с ней сделал. Он поигрался с ней, и сейчас она чувствовала себя брошенной и вдребезги разбитой.
– Мы не на работе, – продолжала она все тем же ледяным голосом, – а чем я занимаюсь в свое свободное время – это не ваше дело.
