Что, если его подстрелили во время сегодняшнего нападения, и на этот раз меня не будет рядом, чтобы помочь ему?
Всего несколько дней назад я обещала быть рядом с ним и защищать его ценой своей жизни, но я здесь, живая, а он может быть нет.
Я смотрю на дверь. Мне нужно выбраться отсюда, но как я это сделаю, когда я едва могу двигаться?
Кроме того, почему они похитили меня? Для них имеет смысл забрать Рай, поскольку её можно использовать, чтобы угрожать Пахану, но как насчёт меня?
Они сделали это, чтобы угрожать Кириллу мной?
Эта теория не имеет смысла по двум причинам.
Во-первых, известно, что у Кирилла нет слабостей, кроме его предполагаемой гомосексуальности, которой ему угрожает Рай. Во-вторых, он не близок ни с кем из своей семьи, кроме Карины, но они этого не знают.
Это невероятно, что они хотят использовали меня, чтобы угрожать ему, когда я всего лишь охранник. Если только у них не было кого-то, кто наблюдал за его повседневной жизнью и сообщал о ней тому, кто является лидером этих парней?
В этом нет никакого смысла.
Но, тем не менее, это та теория, в которую я хочу верить. Мне отвратительна перспектива быть использованной, чтобы иметь воздействие на Кирилла, но если они похитили меня, чтобы угрожать ему, то это означает, что он жив, и я должна перестать думать о наихудшем сценарии."
"Стон боли исходит от Рай, прежде чем она пытается встать, как я делала раньше. Её волосы, которые обычно очень хорошо уложены, растрёпаны по бокам. Тем не менее, её макияж можно советовать для экстремальных ситуаций, потому что в основном остался на месте, за исключением нескольких черных пятен под глазами.
— Это бесполезно, — говорю я тихим голосом.
Рай вздрагивает, прежде чем поднять глаза, на её лице отображается усталость.
— Они ввели нам что-то, — продолжаю я. — Я не знаю, что это такое, но это отнимает у меня энергию.
Она пытается встать, но только для того, чтобы снова упасть с оглушительным стуком.
— Лучше поберегите свою энергию, мисс, — я говорю своим вежливым «мужским» голосом.
— Дерьмо, — выдыхает она.
— Действительно, дерьмо.
Она смотрит на меня тем дотошным взглядом, которым она всегда наблюдает за всеми. Она известна как безжалостная, лично мне она мне не очень нравится из-за угрозы, которую она представляет для Кирилла, но я уважаю её прямолинейность.
Она указывает на мою руку.
— Ты потерял много крови?
Я смотрю вниз, чтобы понять, о чём она говорит. Слишком много думая о состоянии Кирилла, я даже забыла, что была ранена.
— Нет.
