Ложь во имя любви

Девушка была совершенно ошеломлена, так как ожидала, что он будет гораздо старше. Она представляла его каким-нибудь богатеньким пузатым старикашкой, нефтяным магнатом, любителем прогулок на яхте в окружении легкомысленных красоток.

А он был высок и сухощав и производил впечатление человека, который имеет обыкновение охотиться на акул перед завтраком, пробегать пару миль перед обедом, весь день руководить обширнейшей финансовой империей, а в завершение дня прихватить с собой в постель какую-нибудь красотку и довести ее до изнеможения.

Последняя мысль ввела ее в смятение, и она покраснела до корней волос.

– Вы мисс Александра Вилсон? – потребовал ответа мужчина, бегло окидывая ее взглядом больших темных глаз.

Этот вопрос странно подействовал на Алекс. Она затаила дыхание, затем медленно кивнула, не отрывая глаз от его иссиня-черных коротко остриженных волос, точеного лица, покрытого бронзовым загаром, его изысканно надменного носа и чувственного рта. Он был так хорош собой, что от него и невозможно было отвести глаза, нет ничего удивительного в том, что Сандра мгновенно влюбилась в него.

Где бы ни появлялся молодой нефтяной магнат, женщины прекращали разговоры и с вожделением оглядывали его с головы до ног. Чему тут удивляться? В свои тридцать лет Костос Сикельянос являл собой образец уверенности в себе, процветания и мужской силы в сочетании с блестящим умом. Темноглазый брюнет, он был высок ростом и двигался со сдержанной грацией атлета – он действительно занимался спортом, если позволяло время.

– Я жду ответа. Говорите, – произнес он командным тоном, не терпящим возражений. Алекс с трудом осмелилась открыть рот, так как была здорово напугана. Было видно, что этот человек привык к беспрекословному повиновению.

– Да, я – Александра Вилсон, как и... – Она хотела сказать: как и моя покойная сестра...

Но он тут же прервал ее:

– Когда я захочу, чтобы вы высказались по какому-либо поводу, я сообщу вам об этом.

Он произносил слова слегка нараспев, тем временем цепким взглядом продолжая осматривать ее напряженную фигуру, при этом его выразительный рот презрительно скривился.

– Я, Костос Сикельянос, представляю здесь интересы своего брата Георгоса и являюсь дядей и ближайшим родственником по отцовской линии вашего сына Патрика.

Казалось, что земной шар замедлил свое вращение. Алекс с трудом понимала значение услышанных слов, хотя они и были сказаны по-английски.