Ложь во имя любви

После этих слов его громилы подошли поближе, угрожающе смотря на нее, и Алекс не на шутку рассердилась. Она ведь вовсе их к себе не приглашала, так пусть ведут себя подобающе.

– Возможно, вы смогли бы прийти более подготовленным завтра вечером, часов так в восемь, – с кажущимся спокойствием произнесла Алекс, стараясь не обращать внимания на звенящую тишину, установившуюся в комнате. Похоже, ее посетители просто остолбенели от ее заявления. – Прихватите с собой бумаги, удостоверяющую вашу личность, и ваши права.

Тогда я с превеликим удовольствием сяду с вами за стол переговоров, и мы, как цивилизованные люди, обсудим возможности, открывающиеся перед Патриком.

Алекс нужно было время, чтобы навести справки об этом Костосе Сикельяносе и собраться с мыслями, а может, и посоветоваться со знающими людьми. Если для достижения безопасности и благосостояния Патрика придется испортить отношения с заносчивым влиятельным человеком, что ж, ничего не поделаешь.

– Вы еще об этом пожалеете, – угрожающе произнес Костос Сикельянос и вышел из комнаты, а за ним и его прихвостни.

Бледная как смерть, Алекс наблюдала за ними, оцепенев. Вся ее напускная храбрость куда-то испарилась. Девушка была так напугана, что все еще боялась перевести дыхание. Она услышала, как захлопнулась входная дверь. Алекс понадобилось несколько минут, чтобы успокоиться, и еще пара минут, чтобы собраться с силами и встать. Ноги у нее все еще дрожали, но теперь к ней вернулась способность здраво мыслить.

Что бы там ни думал этот тип, а Патрик принадлежит ей.

Она взглянула на мальчика, свернувшегося калачиком в своей кроватке. Спит себе и не знает, что остался один одинешенек на белом свете. Как странно, мальчик как мальчик, а оказывается, в его жилах течет голубая кровь и когда-нибудь он получит колоссальное наследство.

Пэдди заворочался, начиная просыпаться. Как часто в такие минуты, он тихонько захныкал, и Алекс взяла его на руки, чтобы приласкать. Несмотря на высокопоставленных родственников, он был очень ранимым ребенком.

Что станет с этой милой наивностью, с этой искренностью, с этим любящим сердечком, если позволить ему проводить время с таким человеком, как этот Сикельянос? С человеком, у которого нет ни стыда, ни совести, ни сострадания.

Следующим утром Костос сидел в своем кабинете в филиале семейной фирмы в Лос-Анджелесе и тщательно изучал отчет группы наблюдения за передвижениями Александры Вилсон.