Да, я горела под его жадными руками, они ходили туда-сюда и как будто искали для меня лучшую позу, помогая привыкать к острым душным ощущениям.
Слишком острым и слишком душным."
"Он лапал меня, забираясь пальцами под одежду, но не заходил слишком далеко, измываясь над моим вдруг проснувшимся голодом и оттягивал момент. Или ждал, что я начну жалобно просить и елозить под ним, чтобы заострить его сумасшедшую близость и все ласки, которых мне становилось мало.
– Хочешь узнать мужчину? – Кирилл, наконец, толкнулся, и мое тело проехало по гладкой поверхности стола, эхом повторяя его уверенное резкое движение.
– Хочешь попробовать?
Ему не нужен был ответ, да и мое сведенное судорогой тело буквально кричало, что я хочу давно и прочно. Только себе не признавалась, а он, скорее всего, в первую же встречу понял, что я лягу под него. По моему строгому лицу нетронутой стервы и понял.
– Хочешь, – он улыбнулся мне в шею и выдохнул прямо в спутавшиеся прядки, сделав их влажными горячим дыханием.
Влажными стали не только волосы… Я впервые чувствовала столь сильное желание, оно буквально разматывало меня и давило стеной.
Я не знала, что так бывает, что можно провалиться так глубоко и так быстро, он ведь всего лишь нагнул меня и встал за спиной, примеряясь. И еще грязные слова, которые разжигали похоть сильнее смазанных прикосновений, он словно решил доказать мне, что балом правит не картинка, даже самая яркая и сочная, и что мое строго визуальное восприятие мира вот-вот пошатнется.
Ведь я скоро кончу. Хватит одних слов со сводящей с ума хрипотцой.
– Или ты наркодилер? – Кирилл рассмеялся и с силой обхватил мои бедра, натолкнув их на край стола, я выдохнула со стоном, угадав свое тело в жесткой безнадежной ловушке – теперь парень держал меня со всех сторон. – Продаешь кайф, а сама держишься в стороне.
– Я фотограф, – у меня оставались силы лишь на слова.
– Порнограф, – поправил Кирилл. – Продаешь секс, а сама неприступная королева. Так точнее?
Я не понимала почему, он так уверен, что я никогда ни с кем не была.
Что за чутье… Или я как-то выдала себя?
– Дашь без резинки? – он произнес фразу, как хлесткую пощечину, и сделал это специально.
Кирилл ничего не делает просто так.
Но я все же ошалела от грубости вопроса и мотнула головой, сцепив челюсти. Разум пробился на секунду и я даже приготовилась биться и напрягла руки на всякий случай. Но парень разогнулся, дав мне выдохнуть, хотя оставил цепкие ладони на моей пояснице.
– Я сделаю как надо. Во время.
