– Вот именно! – заметил «Фон Рей», который явно очень не хотел принимать у себя на борту штаб контр-адмирала Задницы. – Все по красножопым стреляли, все и ответим. Не так, что ли, мужики?
– Так! – нестройным хором поддержали его мужики.
Рашен коротко глянул на Эссекса. Тот гордо выпятил грудь.
– Знай наших! – усмехнулся он.
В зале поднялся многоголосый шум, сопровождающийся вскакиванием с мест и бурной жестикуляцией.
– Все пойдем к Рабиновичу! – выкрикнул «Роканнон». – Пусть только рыпнется!
– Вы что, юноша, уже стрелять научились? – ехидно поинтересовался Рашен.
– Облом системы у него, а туда же, как большой. Ну-ка, тихо все! Сели! А ну, сели по местам! Я кому сказал?!
Офицеры слегка поутихли, но смотрели по-прежнему воинственно и явно не собирались бросать адмирала в беде.
Рашен перегнулся через стол и заглянул в монитор.
– Не готово еще, – сказал ему Эссекс.
– И какой урод выдумал эту дальнюю связь! – в сердцах воскликнул Рашен. – Одно расстройство каждый раз…
– Русский ее выдумал, – подал голос Боровский.
– Забыл фамилию. Что-то типа Айвенофф. Или Айвен…
– Что-то типа Эйзенштейн, – процедил Рашен. – Или типа Боровский. Чего ты там стоишь, народ пугаешь? Иди сюда!
– Мне отсюда лучше видно, – сказал Боровский. – Я слежу, чтобы никто под шумок нашу самогонку не спер."
"Конференц-зал огласился дружным хохотом. Рашен улыбнулся. Боровский, как всегда, идеально подгадал с репризой. Никто лучше него не умел подавать дурацкие реплики в излишне патетический момент. Вот и сейчас Боровский всего лишь одной фразой сбил царившее в зале напряжение.
– Группа, стой! Внимание! – скомандовал Рашен. – У связистов пока не готова картинка. Мы получили донесение от коммандера Файна. Держитесь за кресла, господа офицеры. Файн нашел чужих. И они проявили агрессию.
Офицеры, как громом пораженные, уставились на Рашена. Несколько мгновений в зале никто не шевелился, а затем со своего места опять встал Педро. На этот раз очень медленно.
– Господин адмирал, сэр, – произнес он удрученно.
– Простите мою дурацкую вспышку эмоций. Я вел себя недостойно. Приношу вам свои извинения, сэр.
– Спасибо, коммандер, – сказал Рашен. – Никаких проблем. Я отнюдь не в обиде. Надеюсь, вы понимаете, зачем я держал вас в неведении?
– Да, сэр. Теперь – да. Вы хотели проверить…
– Конечно. Вы уж простите мне этот небольшой эксперимент. Все мы люди, друг мой, у всех есть нервы. Сколько мы за эти сутки потеряли человек, Фил?
– Десять, – вздохнул Эссекс.
