Лукавый Морок

– Ты держишь в руках величайшую силу в мире, а желания у тебя остались на уровне деревенского простачка. Ты все еще просто мартышка с коробком спичек.

– Не надо мне хамить! Это может плохо для тебя кончиться!

На губах Нева появилась презрительная усмешка.

– Ты думаешь, я тебя боюсь? Тебя – ложного Избранника с ворованными дарами? Не льсти себе, мальчик. Я могу уничтожить тебя в любой момент.

– Так чего же ты этого не делаешь? – усмехнулся Егор с вызовом.

– Потому что ты мне нравишься, – тон Нева моментально смягчился.

– Так идем со мной, – тут же с жаром предложил Егор, выдавая, что ему этого тоже хотелось бы. – Идем со мной по пути Тьмы. Она ждет нас обоих. И она сделает нас всесильными.

– Это не мое, Егор. То, что ты предлагаешь, ведет к подчинению силе, а не к подчинению силы. Чувствуешь разницу?

– Ты живешь в плену иллюзий, – теперь уже губы Егора презрительно скривились.

– Тьма, свет… – отмахнулся Нев. – Все это манипуляции и ложь. Есть только наши способности и выбор, который мы делаем. И его последствия.

Он махнул рукой вслед давно растворившемуся призраку Инги, давая понять, что имеет в виду ее историю. Егор притих, на лице его отразилось сомнение. Нев видел, что в парне борются разные установки: простые и понятные желания со сложными чувствами, страх с любопытством, тщеславие с жадностью.

– У тебя есть выбор, Егор, – мягко подтолкнул Нев. – Он есть у каждого из нас.

Тот снова посмотрел на него и криво усмехнулся. На этот раз в чертах его лица не было ни презрения, ни злости. Только грусть.

– Ты хочешь в это верить. Держишься за иллюзию, потому что уже понимаешь: это не так. Ты теряешь контроль, но отчаянно надеешься, что еще можешь себя спасти. Себя, не меня. Когда поймешь свою ошибку, приходи. Мы будем тебя ждать.

С этими словами Егор пошел прочь, но не туда, куда ушла Инга, а в другую сторону: к выходу с территории кладбища. Нев смотрел ему вслед, пока он не исчез из вида.

– Ну что ж, – вздохнул он, – никто и не обещал, что это будет легко.

После всего, что он натворил, надеяться на тихий, спокойный, безболезненный уход было бы слишком оптимистично, поэтому Долгов и не ждал от жизни такого подарка. Но все же он не думал, что будет так больно.