Лукоморские царства

Пока с криками и воплями, слуги метались, устраняя беспорядок, Катерина под шумок уволокла миску, половину её содержимого выкинула под розы, надеясь, что это им не сильно повредит, а в оставшуюся половину, щедрой рукой выложила всё содержимое горшка с персидской глиной. И размешала, о, никогда в жизни, она ничего так старательно не размешивала! Потом миска с волшебным составом, была возвращена на место. Через несколько минут её хватились, торжественно добавили туда ещё два желтка, и редчайший мёд от златоносных пчел, для усиления укрепления бороды.

— Угу, очень даже прекрасно! — Катерина боялась только, что они поймут, что средство стало какое-то немного другое, но оба великих специалиста были заняты горячим спором, что именно лучше, желтки или мёд, а слугу, растиравшего состав в миске уже так замучали и заморочали, что и он ничего не заметил.

Примерно через час, уже ночью, дворец огласился звуком труб, это Черномор торжественно отправлялся на омовение. После того, как в двери, ведущие в баню, втянулись все занятые в это важном действии люди, Катерине оставалось только ждать результатов в укрытии под апельсиновыми деревьями.

— Вот интересно, получится у меня или нет? — гадала она. — Да укрепляй уже свою мочалку, как сказал бы Волк, скорее! — мысленно приказывала она Черномору. Но, омовение Черномора было делом серьезным и длилось долго. Катя, успела даже задремать в цветах, и почти склониться в чрезвычайно колючий куст роз, как из дворца раздался истошный вопль.

Потом тишина, а потом снова нет, не вопль, а пронзительный непрекращающийся визг! — Моя бородааааа! — визжал Черномор, у которого с подбородка буквально отваливались пряди волос. С грохотом распахнулись двери бани, и слуги начали разбегаться кто куда. Быстрее всех, даже несмотря на весьма солидные габариты, исчезли главные специалисты. Видимо, решили, что желтки и мёд это слишком опасная для жизни штука! Источник шума приближался, и в сад выкатился Черномор. Летать у него уже не получалось, он забавно подпрыгивал, зависал на пару секунд, и медленно опускался к земле. И не прекращая орал!

Тут Катерина подумала, что слуги-то ей ничего такого уж плохого не сделали, а то, что кому-то голову могут снять за такое несчастье с бородой их господина и повелителя, сомнению не подлежало. Поэтому Катерина потихоньку отцепилась от роз, сняла шапку-невидимку, зажала её в ладони, и выпрямившись во весь рост, вышла из-под апельсиновых деревьев.